Аккуратно поставив бутылку на стол, Ювелир тут же разжёг спиртовую горелку. Затем закинул на неё бронзовую плошку, с лежащими внутри кусочками смолы, очень редкого потустороннего растения и принялся нетерпеливо ждать пока состав не расплавится.
А когда это произошло, он, взяв серебряный скребок, выгреб почерневшую смолу в золотистую пробку и пока она не начала застывать, закупорил ею бутылку. После этого ювелир облегчённо выдохнул и взялся за трубку старинного телефона.
— Да мастер. Вам что-то нужно? — спросил старческий голос, ответивший буквально через пару гудков.
— Да, мою машину срочно к мастерской. Надо кое-куда съездить.
— Но мастер, сейчас же ночь. Вы уверены? — встревоженно переспросил дрожащий голос.
— Я сказал, машину к мастерской. Это приказ! — рявкнул Ювелир, ставшим командным голосом, и в трубке послышались короткие гудки.
А уже через десять минут в тупиковый переулок въехал похоронный катафалк с надписью на борту:
«В последний путь»
Перед тем как взять бутылку и выйти из мастерской, Ювелир открыл один из небольших шкафчиков и вытащив оттуда старинного вида фонарь. Затем зажёг внутри него огарок свечи, запылавшей словно бенгальский огонь.
С опаской выглянув наружу, Ювелир сначала провёл фонарём, освещая мерцающим светом, все углы и лишь потом вышел сам, при этом продолжая водить фонарём из стороны в сторону, словно священник кадилом.
Очень пожилой шофёр, в чёрном костюме, стоял перед пассажирской дверью, и любезно распахнул её перед хозяином. Однако, перед тем как усесться на сидение, Ювелир освятил кабину и открыв окошечко, поводил фонарём внутри грузового салона катафалка, предназначенного для перевозки гробов.
— Мастер, куда мы едем? — спросил водитель, когда со всеми церемониями было покончено и они устроились в кабине.
— Москва река. Ты знаешь то место. Прямо за пристанью.
— Мастер вы уверены? Скоро двенадцать, а нам ехать туда и обратно не меньше двух с половиной часов? — с опаской поинтересовался водитель и посмотрел на часто моргающий фонарь, стоящий на коленях у хозяина.
— Ничего, на это время истинного света должно хватить, так что давай трогай. И не гони, в аварию нам сейчас лучше не попадать — уверенно сказал Ювелир.
— Как скажете — буркнул шофёр и сняв машину с ручника, тронулся.
Катафалк ехала по совершенно пустым, ночным улицам Москвы, и как казалось ничем не отличалась, от других, очень редко встречающихся на пути машин. Однако если бы кто-то проследил за ними и хорошенько присмотрелся, то он наверняка заметил, что встречающиеся по дороге уличные фонари, при приближении похоронной машины, начинают гореть ярче, сильнее растворяя тьму, а когда она отъезжает подальше, лампочки начинают моргать и заметно тускнеют, а некоторые так и вовсе тухнут.