Из горла отца донесся хрип. Он отчаянно моргал, явно пытаясь что-то сказать. Катарине хотелось бы думать, что он просил прощения, но она слишком хорошо знала человека, от семени которого появилась на свет.
— Знаешь, а ведь он тоже рано или поздно, но рискнет повторить твой путь. И думаю, с тем же результатом. Вы так похожи, что я не удивилась бы, узнав, что Джон — твой сын. Но это не так, да? Ты не настолько безумен, чтобы допустить кровосмесительную связь. Вы просто слишком давно знакомы. И ты растил его точно так же, как растил ту тварь, приручал, воспитывал, вкладывал в его голову нужные тебе мысли… и могу уверить, у тебя получилось. По крайней мере, одно чудовище ты в мир выпустил.
Она отступила.
— Хочешь, я попрошу Джона, чтобы тебе выделили другие апартаменты? Скажем, с видом на сад. Или хотя бы с окнами? Я не уверена, что он прислушается, но попросить ведь можно, верно? Другое дело, что он захочет взамен. И будет ли у меня желание платить его цену.
Глава 45
Змей держался на ногах, хоть и с трудом. Он шел, сгорбившись, скособочившись, прижимая правую руку к правому же боку, а левой еще и придерживая. И вид его был столь жалок, что Кайден отвернулся.
— Вот скажи, почему я не должна его усыпить? — поинтересовалась Джио, щурясь. Солнечный свет окутывал ее, и короткие волосы цвета пламени слабо светились.
— Потому что я не прощу.
— Ты же меня бросаешь. — Змей засопел. — Или нет? Видишь, какой бестолковый… а главное, хрупкий. Я ему говорю, прими нормальный облик…
— Полудохлая змея ничем не лучше полудохлого же человека.
— Она красивей, — возразила Джио, уперев руки в бока. — И мы оба знаем, что в истинном обличье восстанавливаться куда легче. Или тебе просто нравится, что я дурью маюсь у постели умирающего?
Гевин осторожно распрямился:
— Так мы летим?
— Мы, — согласилась Джио. — Мы летим. А раненые нам без надобности…
— Между прочим, я королевский поверенный…
— А он дознаватель.
Кайден не вмешивался. Как-то еще отец, помнится, предупреждал, не стоит вставать между драконом и его добычей, а сейчас Джио была настроена весьма серьезно.
— Вас… дальше ворот не пустят…
— Ворота мне как-то без надобности, — она дернула обнаженным плечом. — Меня и крыша вполне устроит. А крыши там весьма удобные…
Джон снова пил.
Вино.
Он разбавлял его водой и пил. Много. Закусывал гусиным паштетом, который пальцами выковыривал из тарелки, скатывая в шарики. Шарики отправлял в рот, а пальцы вытирал о скатерть.
— Значит, Сид нажаловался-таки? — поинтересовался Джон, наполняя кубок вином. И протянул Катарине. — А ты и пожалела? Он ведь тебя убить собирался.