- Приветствую вас, сеньоре.
- Добрый вечер, добрый вечер! Нам, пожалуйста, на Via della Panetteria[1].
- Конечно, сэр.
Мы залезли в машину, с трудом уместившись в ней, так как она была довольно мелких размеров, которые не соответствовали нашим телам. Ехать нам было не так уж и долго, в районе получаса, так как была ночь и сумрак поглотил все проезжающие по дорогам автомобили. Джон склонил голову так, будто собирался уснуть здесь и сейчас, тогда я взял её и положил на своё плечо, легонько похлопав приятеля по затылку.
- Знаешь, Кристиано, а ведь странно всё так сложилось. – сказал Джон, уткнувшись в одну точку.
- Как «так», дружище?
- Да так, что было детство, были мы маленькими парнишками, громко шумевшими во время игр, лазающими по деревьям, срывающими яблоки и не заботившимися ни о чём, кроме цвета школьных ботинок, из-за которых могут засмеять одноклассники.
- Ты безусловно прав, время скоротечно…
- Оно не просто скоротечно, оно незаметно. Время, моменты, события, память – всё ускользает от нас, словно этого и не происходило. Это заставляет меня печалиться...
[1] Via della Panetteria – Виа делла Панеттерия (улица в Италии).
Пока мой друг предавался раздумьям о тщетности и быстротечности жизни, я постепенно начал проваливаться в сон, чувствуя напавшую на меня усталость. Голова туманилась, а веки слипались, оставляя лишь небольшой просвет меж глаз. Приятное покачивание автомобиля и мягкий свет, исходивший от луны, способствовали моему погружению в мир сновидений. Передо мной начали появляться различные образы из детства, возникая яркими вспышками лишь на момент. Я видел отца, работающего в поле, видел сестрёнку, бегающую рядом и собирающую ландыши. Я часто думал о семье, о том, как бы мы жили сейчас все вместе. Я не могу простить себя за то, что позволил им покинуть меня. Никогда я не видел полноценных снов, состоящих из ситуаций, следующих друг за другом в определённом порядке, всегда в моём сознании возникали лишь короткие сцены. не связанные друг с другом.
Но мой сон прервался шумом, который находился совсем рядом. Постепенно возвращаясь к реальности, я начинал осознавать, что, всё-таки, происходит. Джон громко заявлял о чём-то таксисту и внезапно, абсолютно резко и грубо, выскочил прямо на улицу, пуская похабные оскорбления в его сторону. Я всё ещё не находился в полном сознании, но понимал, что Джон покинул автомобиль без меня. На мгновение какая-то тоска заполнила меня и я снова почувствовал одиночество. Я поник, опустив голов и устремив взгляд на какой-то кусок бумаги, валявшийся на полу. Одним глазом я заметил Джона, повернувшегося в обратную сторону. Он намеревался приблизиться к машине, по-видимому, чтобы вытащить меня наружу, но вдруг остановился, не решаясь ступить дальше. Я думал, что он захочет повернуть обратно, как вдруг его громкий голос позвал меня, сказав что-то грубое в сторону водителя. Я решил не спорить и вышел из машины, смотря на друга с непониманием. Он сделал жест, означавший подойти ближе. Услышав за своей спиной крики возмущения таксиста, я обернулся, желая попросить его так не выражаться, но Джон резко оборвал меня и сказал, что сам всё расскажет, лишь бы я быстрей подошёл.