— БТРов — тю-тю! Нигде нет. А с мурами бы связались, вообще бы ничего не досталось! И какая падла пронюхала? Цемент, где-нибудь языком ляпнул⁈ Вряд ли… Он сам на этой теме плотно сидел! Наши попутчики?.. Нет, не успели бы… Но остальное не тронули, и то хлеб.

— Не всегда везет во всем. «Тайфуны» вон стоят, есть еще «Тигр» и «Каратель», так что, если даже их возьмем, то нормально получим, — философски заметил Третьяк.

— Это да… Но… Хочется побольше, побольше. Пойду, узнаю разнарядку. Чета там вообще какие-то непонятки. Гранит чудит опять.

— И ты зачудишь, когда, не дай Бог, такая же фигня произойдет. Как он еще держится, лично для меня загадка, — в спину Каштану сказал Третьяк. Тот, не оборачиваясь, только неопределенно пожал плечами. В это время от группы с командиром, раздался крик с визгливыми нотками. Чернявый крепыш, ехавший вместе с нами, размахивал руками и что-то доказывал.

— Третьяк, а отчего такая беспечность? — задал я вопрос, на мой взгляд, они должны были уже все решить давным-давно, а сейчас быстро и технично осуществлять задуманное, чтобы как можно скорее покинуть пределы этого города.

— То есть? — не понял вопроса тот.

— Спокойно колесите, сейчас стоите, что-то обсуждаете, вместо того чтобы скорее грузиться…

— Хороший вопрос. Хочешь семки? — усмехнулся вернувшийся Каштан, тряся добытым где-то пакетиком с «Бабкиными» семечками.

— Нет, спасибо, — отказался я.

— А зря, вкусные, солененькие! — заржал тот.

— Самое главное вопрос правильный. Ладно, пока они там проорутся, прояснят все. Объясняю. Вот смотри, — подобрал какую-то палочку Третьяк и начертил в пыли на асфальте многоугольник, — Вот это твой кластер, он ушел на перезагрузку четыре дня назад. Каштан, вали в другое место, там плюйся, бесит! — тот не стал спорить, пошел куда-то в сторону подвала, — Обычно это происходит поздним вечером, ночь и до первой половины дня почти безопасные. Еды тварям хватает, поэтому есть вероятность, если держаться осторожно или давать мощный отпор, что они тобой не заинтересуются. Особенно, если не сбиваться в кучу, а действовать в одиночку. Самый опасный период для этого кластера — вторые-третьи сутки, большая часть населения превращается в пустышей, поэтому охота начинается на иммунных. Элита и другие высшие зараженные держатся в основном стаями, жрут все, до чего могут дотянуться, пустышей в том числе, при этом часто плюют на потери, то есть отбиться от них дорогого стоит. Голод, как говорится, не тетка. Но вчера вечером, вот этот примыкающий кластер ушел на перезагрузку, — ткнул он палочкой в юго-западном направлении. Соответственно, зачем тварям сидеть почти в пустом месте, когда рядом полно еды? А там грузится раз в месяц огромный спальный район. В момент переноса в Улей у них там тоже вечер. Поэтому практически все население собрано по квартирам. Еще один нюанс, кластер это из затянутых, процесс перерождения затягивается до полутора-двух недель. Так что, все более или менее соображающие перетекают туда, остаются пустыши, редко более высокие твари, которых элита посчитала бесперспективными. Или слишком умные и самостоятельные, индивидуалисты, которые не хотят быть в стае. Быстро развивающихся и более смышленых высшие зараженные подбирают в свои ряды. В итоге, на четвертый день — этот кластер почти безопасный. Именно поэтому мы в этот момент в него и зашли. Да, и у нас еще один козырь — у Дохлера очень редкий дар, — ткнул он палочкой в сторону толстяка, — Он может прикрывать не только себя, но и группу до двадцати человек от зараженных, то есть, они просто нас не видят, не ощущают. Гороха и жемчуга на него ушло у нашей команды много, но и перспективы все понимали. Теперь понятно?