Я кивнул, тот посмотрел на часы, пошевелил губами, кивнул сам себе, а мне сказал:

— Надо еще тебе лекарства выпить, а то можешь до часа икс не дожить. Сейчас все сделаю, потом порубаем, чем Улей послал и вперед за орденами. Нехило нам настригли капусты бойцы ФСБ, хоть какая-то польза для честного рейдера.

Мне вдруг резко поплохело, перед глазами плыло, по стенке медленно-медленно зашел в квартиру и сел на диван. Похоже, сдохну… И тут же родилась в душе злоба, не дамся!

Вернулся мой товарищ минут через десять. С литровой банкой с какой-то резко отдающей уксусом жидкостью.

— Давай ее принимай, — сунул мне в руку иссиня-черный кругляш, — Вот этим запивай, потом еще живца не больше трех глотков.

От живота вверх сразу поползла волна тепла, объяла все тело, после же уксусной банки, едва не вывернуло, а уж когда запил все живцом, пришлось прикладывать немало усилий, чтобы все не выплюнуть обратно. Вместе с последним глотком, накатила такая дурнота, что едва не свалился, если бы вновь не уцепился за стену.

— Сейчас, потерпи немного, все в порядок придет, максимум минут пять — десять, — заявил Цемент.

Пока я выпал из реальности, он успел разогреть две банки тушенки с двумя же банками перловой каши. Разделил все по двум фарфоровым тарелкам с зеркальным дном, и, показывая пример, закинул в пасть первую ложку. Я достаточно пришел в себя, чтобы почувствовать зверский голод, поэтому ел так — руками только не помогал. Минута или две, и на меня смотрело мое отражение в пустой тарелке. Думал, чего бы еще перекусить, однако после пищи потянуло в дремоту. На душе сделалось хорошо-хорошо, будто бы и нет за окном никакого конца всего старого мира, старого света… и рассвета дивного нового.

— Не спи — замерзнешь! — потряс меня за плечо Цемент, — Все, глянул я, переродились товарищи красные комиссары! Выдвигаемся, но осторожно. Следуй за мной, без команды ни во что не пали! Ясно? А лучше, вообще, ничего не делай, — я кивнул, — Раз ясно, тогда двигаем. Должен, уже в себя прийти, почти полтора часа в отключке проболтался.

Перед выходом он навернул на Ярыгина длинную и толстую трубку глушителя. В две минуты прикрепил ЛЦУ и фонарь, которые достал из сухарки за спиной.

— Можно и холодняком обойтись, но надо спешить, — сказал мой партнер, — Могли пустыши на лестничную площадку повылазить, ну или из низших кто.

Я повесил укорот за плечо, в руки тоже взял пистолет. Привычней. Хотя какой стрелять, нет-нет и бросало в дурноту, терялась картинка. Деньги оставил в квартире туриста. Миллион долларов — плата за постой. Кому скажи?