Сюзанна, сообщив Антуану, что ещё полтора часа до встречи с родителем, изволила отправиться по ближайшим магазинам, даже не предупредив его, чтобы он не забывал о времени, а когда надо, вытаскивал её даже силой.
— Хорошо, — пробормотал я, — теперь можно и мне.
Прошёлся по двору, отдал распоряжения что и как делать, хотя народ и так знает, но нужно показать, что я здесь и всё вижу, потом спустился в подвал. Моей двери никто не касался, хорошо, хотя я создал защиту, которую не взломать ещё сто лет, но хорошо, что никто и не пытался.
Вошёл, снова запер дверь именным ключом, настроенным на биометрическую систему аутентификации. Пузырь, что в данном случае не пузырь, а частица иномирного и даже иномерного пространства, абсолютно невидим в этом мире, только я, переходя на диапазон зрения пчёл вижу фиолетовые очертания.
— Ну, — сказал с колотящимся сердцем, — поехали!
И хотя из дома на Невском уже сделал сюда этот шаг в сотню вёрст, но страшно. Мало ли что мозг уверяет насчёт безопасности, но инстинкт, которому десятки миллионов лет, напоминает про кувшин, что повадился по воду ходить.
Мгновенная потеря ориентации, но сразу же вытянутые пальцы рук упёрлись в стену. Обернулся, там мой стол и моё кресло кабинета в доме на Невском.
Надо подумать, как объяснять своё неожиданное появление слугам… ну да ладно, прибыл и всё, причуда у меня такая, нечего у барина интересоваться, что и почему так делает.
Вышел из кабинета, в коридоре тихо, только у лестницы наткнулся на дворецкого. Тот испуганно дёрнулся, глаза расширились, поспешно поклонился.
— Ваше благородие…
— Вольно, — бросил я через губу. — Как тут? Мои родители довольны?
Он сказал торопливо:
— Счастливы!
— А что делают сейчас?
Он кивнул в сторону окна.
— Ангелина Игнатьевна уговорила пройтись по магазинам. В Петербурге многое поменялось с тех пор… ну, с тех…
— Прекрасно, — сказал я с удовлетворением. — Давно отбыли?
— Нет, совсем недавно. Ваше благородие могли встретить в воротах, прибудь чуть раньше.
— Пусть гуляют, — сказал я благодушно.
И пошёл к выходу, у входной двери задержался у столика для визиток и писем. Там пара визиток от незнакомых мне личностей, у одной заломлен уголок, что значит, принёс лично, и ещё одно письмо. Распечатал, Горчаков сообщает, что его отец очень заинтересовался моими винтовками, потому поручил своему сыночку встретиться и предварительно обговорить, что я могу, что хочу, и какие смогу взять на себя обязательства.
Сердце застучало чаще, ну вот, клюнули, но слишком уж осторожничают, всё ещё не верят в возможности нищего барона из глубинки. Пройдут годы, пока поймут…