Прибежал взволнованный Бровкин.
— Ваше благородие?
Я кивнул на связанного.
— Узнай, кто послал. А потом прикопай с остальными.
Он козырнул.
— Будет сделано!
— Кстати, — сказал я, — прибыли на авто, марку не рассмотрел. Если хорош, забирай.
Он козырнул.
— Всё сделаем!
Я пошёл вверх по лестнице, прислушался к себе. А что сейчас вполне могу лечь и доспать оставшиеся пару часов. И сказал я Бровкину так просто и буднично, чтоб допросил, а затем прикопал. Вместе с теми, кого убил чуть раньше.
Человек ко всему приспосабливается. Кто не приспосабливался или приспосабливался медленно, тот не выжил, а у нас был тот ещё страшный отбор, несколько бутылочных горлышек, так что нас ничем не остановишь, всё пройдем, всё задуманное сделаем.
Конечно, спать лечь не успел, да и вряд ли заснул бы, сердце стучит, как молот в руке пролетариата, кровь с шумом носится по телу, устраивая заторы на развилках, а потом ещё пришёл Бровкин, взял под козырек и отрапортовал:
— Кто послал эту четверку, узнать не удалось. Пленник сообщил, что заказ принял их вожак. Только он знает.
— А что вожак?
— Вожак, — ответил он, не моргнув глазом, — почему-то погиб первым.
— Эх я, — сказал я с досадой. — Сглупил, неправильно понял состав их группы.
— Остальные простые наёмники, — подтвердил он. — Да и главарь тоже, ваше благородие. Денег пообещали всего по тыще рублей, не совсем шпана, но и не орлы, ваше благородие.
— Не орлы, — согласился я. — Так платят только за простые заказы.
Он сказал понимающе:
— Ваше благородие, к вам проявили неуважение?
— Именно, — сказал я. — Обидно.
Он вздохнул, развел руками.
— Ваше благородие, кто ж знал, что вы таких одной левой…
— Пусть и дальше не знают, — ответил я. — Сегодня варю зелье, что не даст вам вырубаться в сон. Моя ошибка, ждал откровенного нападения, а у них та же тактика, что и у меня. Умные, значит, хоть и дурные.
От Горчакова пришло письмо с приглашением от отца явиться на встречу, что вообще-то великая честь, он светлейший князь, тайный советник и глава самой могущественной службы, Имперской Канцелярии. Аудиенцию назначил на завтра в три часа дня.
Дал прочесть Сюзанне, она взвизгнула:
— Это здорово! Тебя наконец-то заметили.
— Для меня главное, — сказал я напыщенно, — что меня заметили вы, ваше сиятельство.
Она отмахнулась.
— Не подлизывайся. Одно дело заметили курсанты, другое — их родители. Ты же знаешь, кто таков Горчаков-старший. Тайный советник, глава Тайной Канцелярии,
Я поморщился.
— Давно нет ни Тайной Канцелярии, ни Тайной экспедиции. Сейчас это Третье Отделение, руководит им князь Орлов. А светлейший князь Горчаков руководит Имперской Канцелярией. Оттуда шажок до кресла канцлера империи. Выше поста уже не существует.