На следующий день Петру стало не до рассуждений о потаенных смыслах и ходящих среди обывателей столицы слухов. С утра его разбудил коридорный, сообщивший о прибытии вестового. Вестовой же, убедившись, что разговаривает именно с Анжу, передал пакет с приказом об отбытии в Романов-на-Мурмане и билетами на вечерний пассажирский экспресс до места службы. Причем устно он сообщил, что к отбытию поезда другой вестовой доставит еще несколько приказов и прочих документов, которые Петру Ивановичу будет необходимо передать контр-адмиралу Бахиреву сразу по прибытии к месту назначения. Анжу, вспомнившему о правилах перевозки секретных документов, пришлось доставать из чемодана, чистить и заряжать личное оружие. В роли которого выступал «высочайше разрешенный» Маузер К96. В результате на перроне вокзала он выглядел очень импозантно — в черной морской повседневной форме, с деревянной кобурой-прикладом на одном боку и кортиком на другом. Но и Адмиралтейство тоже отличилось, прислав к отъезду поезда целого курьера в мичманском чине, да еще с опечатанным портфелем. Отчего Петр не только повторил про себя загиб Петра Великого, но и придумал несколько своих, как ему показалось не менее красочных. Так что дорога до Романова-на-Мурмане, который все чаще называли просто Мурманском, получилась очень беспокойной.

Зато в столице продолжало царить зловещее спокойствие. Слухи о предательстве и царской семье притихли после успешных сражений под Велау и Прейсиш-Эйлау и начала осады Кенигсберга. Потом пришли сообщения о победах над австрийцами в Томашевском и Галич-Львовском сражениях. А на Тихом океане русские и английские крейсера подловили у острова Апиа германскую крейсерскую эскадру. Сражение получилось быстротечным, но весьма кровопролитным. Англичане потеряли тяжелый крейсер «Острелиа», русские — легкий крейсер «Новик», а германцы — два броненосных крейсера. От полного разгрома германскую эскадру спасла наступившая ночь… Но даже после таких сообщений слухи полностью не затихли. Теперь вдруг начали рассказывать о том, что раненых теперь лечить нечем. Потому что лекарства в аптеках в основном германские, а их запасы кончаются. Потом появились слухи, что для флота не хватает угля, так как англичане сильно подняли цены на боевой уголь. А тупое правительство никак не может наладить нормальную добычу своего угля на тех же Сучанских копях. В общем внешнее спокойствие на самом деле скрывало под собой кипящее море. И лишь ожидание скорой победы пока служило своего рода предохранительным клапаном, не дающим всей этой зловонной накипи вскипеть и прорваться наружу…