— Кричали женщины': «Ура!» и в воздух чепчики бросали, — вслух иронично прокомментировал увиденную реакцию редких прохожих Петр. Очень уж его поразило почти полное отсутствие энтузиазма у видевших прохождение войск горожан. Даже в привычном к военным Севастополе на такое прохождение реагировали бы более бурно.

— Вы тоже заметили, Петр Иванович? — задал неожиданный вопрос профессор, видимо расслышавший реплику Анжу.

— Что я должен был заметить, Филип Филипович? — бестактно, вопросом на вопрос, ответил Петр.

— Поведение обывателей, — улыбнувшись, ответил Преображенский. — Не удивляет?

— Вы очень точно определили мое состояние, — улыбнулся в ответ Анжу. — Удивление…

— Вы, как рассказывал Аполлоний, все это время были на юге? В… Севастополе? В Турции?.., — продолжил разговор профессор. — И, видимо, не имели возможности знать происходящее на других фронтах во всей полноте. Мне же, в силу моих обширных знакомств в разных кругах, — Преображенский кивнул в сторону двери, — известны многие подробности происходящего, а также отношение общества к событиям.

— Какое же может быть отношение? Поражений ни у флота, ни у армии, особенно серьезных не было. Неудачи… избежать неудач на войне невозможно, — ответил Петр. — Англичане на море выиграли стычки у устья Яде и у Бьоркской отмели, но на суше потерпели неудачу под Монсом. Которую компенсировали удачной высадкой в Остенде. Наш флот удачно перекрыл Балтийское море, не дав германцам совершить рейд на столицу. Но не смог перекрыть полностью Босфор, через который в Черное море прорвались германские крейсера. Но, замечу, даже при содействии болгар и турок германцы ни на что кроме попыток обстрела нашего побережья, не способны. Армия наша, насколько мне известно, произвела переполох в германских и австрийских землях набегом конницы и сейчас, по прибытии резервистов из внутренних округов и полном развертывании сил начала планомерное наступление. Причем германцы потерпели крупное поражение в битвах у Сталлупенена и Гумбинена. А австрийцы так и не смогли разбить наши войска под Красным и ныне отходят… Разве не так, Филип Филиппович?

— Так да не так, уважаемый Петр Иванович. Пройдемте в комнату и там я постараюсь описать вам ситуацию с точки зрения обывателя, — предложил профессор.

В комнате они уселись за стоявший в углу маленький столик. Сразу же появилась горничная, обновившая стоявшую на столике посуду, а заодно поставившая блюдо с нарезанными дольками лимона и небольшой кувшинчик с коричневым содержимым. Которое тут же разлила по снифтерам.