— Да я уже понял, что ты житья мне не дашь и умереть спокойной тоже… — И вдруг попросил: — Сними иллюзию. Хочу перед смертью увидеть тебя настоящую. Знаю, что ты не так стара, как хотела казаться при первой встрече: слишком много в тебе для преклонных лет проворства… Но всё же… — И с этими словами мужская рука коснулась моей щеки.
— Это и есть я настоящая… Вот такая рыжая, — ответила я и закусила губу. Потому что Кьёрн был прав: моих сил не хватало, чтобы его удержать в этом мире. Будь у него душа, которая цеплялась за этот свет, хоть какая, хоть половинка…
Стоп, а это идея!!!
И я, не спрашивая ни о чём лорда, разбила о ближайший камень пустую склянку из-под эликсира, рассекла осколком себе руку и прижала ту к ране, зашептав слова, вливая в заклинание последние силы и забирая пару капель из своей ауры.
Заклинание спаяния. Второе за сутки. И в этот раз чары легли на тело Кьёрна и меня. А следом душу выбило туда, где я хотела бы меньше всего оказаться. В Хельмову бездну.
Не успев даже понять, что случилось, я провалилась, точно под лед. Темнота сдавила со всех сторон, а холод… Такого холода не бывает даже в самые лютые морозы на далеком севере. Он проникал куда-то глубоко в душу, выстужая до абсолютного безразличия, когда что радость, что грусть — все едино.
Я огляделась — если это можно было назвать взглядом. Вокруг — вечная, беззвездная ночь. Безмолвная, бездонная, бездушная — ни единой души в ее посмертии!
Нет, и в первый мой визит в царство Хель было что-то подобное. Только тогда я ощущала связь с ба и нашла ее быстрее, чем Смерть — меня.
Но с Кьёрном было все иначе. И, наверняка, раз он стал заменой кому-то, его поместили в самую глубь вечной стужи… И идти до нее не по земле, а по чему-то вроде промерзшего тумана, хрустального и зыбкого, придется до-о-олго! Целую вечность, не иначе. Хотя, в Хельмовой бездне, что миг, что две сотни лет — все едино.
Я сжала то, что ощущалось мною как рука, и взмолилась. Ну, где же ты, Кьёрн? И в подобии ладони ощутила жар, он становился все сильнее, пока не рванул тонким лучом. Точно таким же, как тогда, в лесу, когда столб света соединил на миг небо и землю, а мироздание приняло мою силу.
Но это было заклинание провидения! И я просила судьбу указать мне на того, кто меня оклеветал. При чем здесь паладин⁈
Правда, в этот раз предназначение истончилось едва ли не до волоса. Но указывало путь. Сквозь мрак посмертия. И я пошла по этой висящей в воздухе, пульсирующей, словно тоненькая-тоненькая венка, нити. Хотя «пошла» — неверное слово. Скорее поплыла через эту ледяную кашу, цепляясь за свою путеводную струну. Вокруг мелькали тени, чьи-то лица в инее, протянутые руки — души, потерявшиеся в темноте и потерянные в памяти потомков. Я не смотрела на них. Мне нужен был только он. Кьёрн.