– Все хорошо. По математике я лучший в классе. Ты только не волнуйся, деда, папа скоро приедет и нас заберет.

Рука деда – на плече у мальчика.

– Это хорошо, Нойной, это хорошо. Математика всегда выведет тебя к дому.

Теперь мальчику уже страшно не на шутку, но дед не должен этого заметить.

– Три, запятая, один четыре один! – выкрикивает Ной.

– Пять девять два, – тотчас подхватывает дед.

– Шесть пять три, – отбарабанивает мальчик.

– Пять восемь девять, – хохочет дед.

Это у него любимая забава – быстро воспроизвести по памяти дробную часть числа пи – математической константы, без которой не вычислить длину окружности. Дед их любит за волшебство, они точно цифровые ключи, что отпирают нам тайны и открывают Вселенную. Он держит в уме больше двухсот цифр после запятой, рекорд Ноя – вполовину меньше. Дед говорит, с годами они встретятся где-то посередке – когда у мальчика ум расширится, а у него сузится.

– Семь, – говорит мальчик.

– Девять, – шепчет дед.

Мальчик обхватывает его корявую ладонь, и тут дед наконец замечает, что внук напуган.

– Нойной, а я тебе рассказывал, как я ходил к врачу? Я сказал: «Доктор, доктор, я сломал руку в двух местах!» А доктор мне: «В таком случае советую вам перестать ходить в такие места!»

Мальчик моргает, его контуры все расплывчатей.

– Ты уже так шутил, деда. Это твой любимый анекдот.

– Эх, – тихонько вздыхает дед.

Площадь – идеальный круг. Ветер скандалит в верхушках деревьев, листья шелестят на сотне диалектов зеленого. Дед всегда любил это время года. Пальцы гиацинтов ловят струйки теплого воздуха, и капли крови застывают на лбу.

Ной зажимает их пальцами и спрашивает:

– Где мы, деда? Откуда тут на площади мои старые игрушки? Что случилось в лодке, когда ты грохнулся?

И тут слезы наконец покидают ресницы деда.

– Мы у меня в мозгу, Нойной. И сегодня ночью он снова стал меньше.

Т ед с отцом стоят в саду. Пахнет гиацинтами.

– Как дела в школе? – строго спрашивает отец.

Он всегда это спрашивал, а Тед никогда не мог ответить правильно. Отец любит цифры, Тед любит буквы: это разные языки.

– Мне поставили высший балл за сочинение, – говорит он.

– А математика? С математикой-то как? Разве слова выведут тебя к дому, когда ты заблудишься в лесу? – ворчит отец.

Мальчик не отвечает, он не понимает цифр, или это цифры его не понимают. В этом отношении они с отцом очень разные.

Отец, еще молодой, наклоняется выдрать сорняки из цветника. Когда он выпрямляется, уже темно, хотя он поклясться готов, что прошло всего мгновение.

– Три, запятая, четырнадцать, – бормочет он, но голос словно чужой.