— Всё в рунах… — кивнул Вертков.

— Обычные, Саш, не управляют тенькой! — напомнил Дашков. — Значит, руны на его тело наносил кто-то двусердый. А ведь, заметь, руны работали. И если бы не молодой Седов, убийства продолжались бы.

При упоминании Седова, меж бровей Верткова пролегла вертикальная складка. Дело в том, что когда Дашкову впервые доложили о том, кто остановил убийцу двусердых — сиятельный князь помрачнел. Это заметили все в его окружении. И такое настроение у Дашкова было весь оставшийся день. Правда, большинство приближённых так и не решилось спросить его о причинах.

В отличие от молодёжи, Вертков знал историю Седовых. Но не мог поверить, что мальчик, не знавший этой истории, и не понимавший, чьим наследником является, смог забраться так высоко. Слишком невероятно. Не бывает такого.

Как бы то ни было, появление мальчишки привело к тому, что старый спор вновь был в силе. И это действительно портило настроение сиятельному князю.

Ну а более удобного момента, чтобы уточнить детали, Вертков и представить себе не мог. Поэтому, набравшись духу, всё-таки развернул разговор в нужную сторону:

— Дим, а этот Седов… Он?..

— Он тот самый Седов, — с такой готовностью ответил Дашков, будто очень ждал вопроса.

— А ему ты уже сообщил? — поинтересовался Вертков, выделив слово «ему» и показав глазами наверх.

— А он уже знает! — вздохнул Дашков. — Звонил на днях… Спрашивал… А я даже не знаю, что ему отвечать.

— Извини, Дим, но ты и сам знаешь… Тот ваш спор был, скажем так, излишним!.. — покачал головой Вертков.

— Ты бы лучше мне тогда об этом сказал! А сейчас-то мы и сами умные, и всё понимаем. Даже он… — не став скрывать, признался Дашков. — Но, видишь ли, спор священен. А значит, мы доведём его до конца. В общем… Дай Бог, чтобы парень оказался крепче своего дяди.

— Пока он как бы не крепче своего родоначальника! — усмехнулся Вертков. — Даже не поседел, вон…

Фразу он закончил едва слышно, уже под грозным взглядом сиятельного князя. Однако тот сохранял суровый вид лишь пару секунд, а потом не выдержал и засмеялся.

Причём так жизнерадостно, как, наверно, лет пятьдесят не хохотал.

— Твои слова, Саш, да Богу в уши. И ему в зубы! Представляю, как он этими зубами над новостями скрипит!.. — Дашков хлопнул себя по колену и, отсмеявшись, покачал головой. — Но давай вернёмся к твоему вопросу… Сейчас брать все выросшие в городе движения не имеет смысла. Возьмём этих, а через год опять вылезут новые.

— Но молодёжь! — страдальческим голосом напомнил Вертков.

— С каждым новым движением влипает всё сильнее и глубже… — помрачнев, отозвался князь. — Ну а что делать? Ищите заказчиков! Ищите, кто деньгами в них сорит!