— К тому же, лежала на дне телеги, — добавил Джо.
— Тогда как она увидела все⁈
— Ну… кто знает, учуяла как-то. Солома дымит, гной из раны смердит, эти мясо варили — оно пахло…
Граф Виттор помедлил, дав Мартину время ощутить себя кретином. Затем продолжил:
— Позволю себе еще один вопрос, мой милый братец. Пока она все это говорила, ты стоял и слушал? Не испытал ли ты желания как-нибудь помешать?
— Я велел ей заткнуться. Сказал: «Заткнись, не то будет хуже!»
— Сказал, значит?
— Ну, да. Громко так, строго: «Заткнись, сука!»
— И что она?
— Не послушалась.
— Надо же! Ну, коли так, ничего не поделаешь, пришлось вам терпеть до конца. Может, она с этим кайром еще в картишки перекинулась?
— Гм-гм, — откашлялся Джоакин. — Я ее ударил, милорд.
— Ты — что?
— Дал ей затрещину, милорд. Она упала и умолкла.
Граф с большим интересом повернулся к Джоакину.
— Ты ударил ее на глазах у дюжины кайров?
— У сотни, милорд. Как только влепил ей, открылись ставни домов на площади и отовсюду высунулись арбалеты. Там была рота стрелков, если не больше. И дюжина мечников.
— Весьма любопытно. Я полагаю, северные мерзавцы пожелали тебя убить. Как же ты вышел из положения?
Джоакин погладил Перст на своей руке.
— Ты всех перестрелял⁈ Тьма сожри!
Джо потупился, заливаясь краской.
— Нет, милорд, я не стал открывать огонь. Было очень опасно, ваш брат находился под прицелом… Просто Айви взял ее в захват, а я сказал: «Все бросайте оружие, иначе застрелю ее!»
— И они бросили?
— Грм… Боюсь, что нет, милорд.
— Отчего так?
Мартин шагнул вперед, будто стараясь прикрыть собой Джоакина.
— Брат, ну не дави ты его! Джо поступил правильно, это твоя стерва все испортила! Она снова раскрыла рот и говорит: «Да, путевец, убей меня! Потом кайры вас порешат и отберут ваши два Перста, и третий у Перкинса тоже, а в замке-то всего пять. Я помру — замок падет, славный обмен». Джо не стал ее кончать, и хорошо сделал!
Виттор встряхнул головой.
— Стоп-стоп, полегче, Марти. Хочешь сказать, она еще и выдала им число наших Перстов⁈
— Э, вроде как, да.
— А что ты делал в это время, позволь узнать? Пускал слюни пузырями? Яйца теребил?
— Милорд… — начал было Джо.
— Тьма сожри, путевец, я спрашиваю брата! Не смей отвечать вместо него! Он — лорд, а ты — вассал.
— Вит, — буркнул Мартин, — ты как отец.
— О чем это ты?
— Высмеиваешь меня, как дурака последнего. Но когда тебе выгодно, называешь лордом.
— Да ты ведешь себя, как дурак! Пленница выдает секреты — а ты сопли жуешь!
Мартин побагровел и громко, злобно шмыгнул носом.
— Ладно, — бросил граф, — валяй дальше. Что еще она им рассказала? Что ты ссышь перед ней?