Затем он поднялся на дозорные башни при въезде в деревню, оценил вид сверху на дальний берег и укрепления. Спросил совета у офицеров, по их рекомендации провел учебные стрельбы с валов. Иксы разбились на пары: один стрелял, лежа на насыпи и стараясь не попасть под вражеский огонь; другой прятался за валом и перезаряжал арбалеты. Также отработали быстрый выезд из лагеря и переход через реку.
Затем герцог навестил раненых. Многие из них пошли на поправку — по крайней мере, могли сами добраться до укрепленного лагеря. Тех, кто не мог ходить, следовало забрать на носилках. Для этой цели выделили отряд бойцов, отработали переход с носилками через Ройдану. Когда начнется вражеская атака, каждый северянин должен знать свою роль.
С тяжелым сердцем Эрвин присел возле Гордона Сью. Тот сгорал от лихорадки и проваливался в забытье. Герцог дождался минуты, когда капитан вынырнул из беспамятства, пожал его руку и сказал:
— Завтра будет сражение. За вас-то я не волнуюсь: змей-трава даже мертвого поднимет. А вот меня могут убить в бою, потому хочу сказать заранее. Вы — славный воин, Гордон. Для меня честь служить с вами.
Капитан набрал сил на легкую улыбку и поправил:
— Гордон Сью.
— Почему это так важно для вас?
— Расскажу после победы. Никак не раньше.
Приступ горячки погасил его сознание.
Поздним вечером, когда все приготовления были завершены, Эрвин обратился с молитвою к Светлой Агате:
— Святая Праматерь, ты кое-чего не учла, когда решила наказать меня. Возможно, я мерзавец или глупец, но за мною идут триста достойнейших воинов — таких, как Гордон Сью. Ни один из них даже мыслью не провинился перед тобой. Когда я дал им Перст Вильгельма, они подумали сперва о чести, а уж потом — о победе. Не хочешь меня видеть — дело твое. Но будь добра, сделай так, чтобы иксы пережили завтрашний день!
* * *
Ганта Ондей не допускал и мысли, что волки могут иметь Перст Вильгельма. Персты говорят только с любимцами Гной-ганты — сынами Степи. Когда Ондей узнал, что один из ханидов пал под Рей-Роем, а тело исчезло, — он не заподозрил кайров. Очевидно, кто-то из шаванов спрятал труп и украл Перст. Ондей рассчитывал вернуться, обшарить город и найти пропажу. Но сперва следовало покончить с волками.
Разведчики доложили ганте, что северяне заняли деревню Берха на берегу Ройданы и вовсю пируют там. Ондей пришел в ярость: Берха стояла на его кочевьях и пользовалась его защитой; кузнец Бершан был родичем ондеевой жены. Но ганта не ослеп от гнева. Он внимательно выслушал разведчиков, узнал об укреплениях, которые строят северяне. Сделал стоянку в паре миль от села, дал коням и людям целый день на отдых.