— Сударыня, — спросил барон, — вы не бывали часом в Литленде?
На другой стороне треугольного стола сидела девушка, об ее ноги терся внушительных размеров пес. Она прибыла утром на корабле, который теперь стоит в гавани — вон там, виднеется в окошко. Будь барону лет тридцать — ладно, даже пятьдесят — он отметил бы, как хороша эта девица. Фигурка, формы, глаза, волосы — все по лучшей мерке. Но Исмаилу Дейви было не тридцать и не пятьдесят, так что думал он не о дамочке, а о судне. Трехмачтовый галеон, построенный со всею очевидностью в Фейрисе — только там корму делают по форме лошадиного зада. Но флаги не мельничьи, а леонгардские, стало быть, судно зафрахтовано. Больших денег стоит, и галеон-то не один: второй курсирует у горизонта, не заходя в гавань. Значит, леди и богата, и с умом: оплатила стоянку одного корабля, на другом сэкономила.
— Так что, расскажете про Литленд?
— Не путайте барышню, барон. Сами видите: она из Фейриса плывет.
Третью грань стола занимал кайр — капитан Мердок. Он командовал ориджинским фортом — вон той гранитной дурой на берегу залива. Мердок служил здесь чертову уйму лет и ровно столько же был знаком с бароном. Подружились давным давно — потому что, ну а как иначе? Вот замок Исмаила, а рядом, в полете стрелы, крепость Мердока. Хоть каждый день лупи из бойниц. Если не подружиться, черте-что выйдет, а не жизнь. Однако сын барона служил в имперском войске, а Мердок служил Ориджинам, которые свергли Адриана. А еще, барон был закатником, а Мердок — северным волком, нетопырем и мерзлой задницей. Оба считали долгом скрывать свою дружбу ото всех посторонних.
— Вы забываетесь, кайр. Я спросил даму, а не вас. И вы у меня в гостях, так уж извольте!
— Могу и уйти, невелика беда.
Девушка воскликнула:
— Милорды, умоляю вас, не нужно! Я не прощу себе, если стану причиною ссоры. Тем более, что вы оба правы: я плыву из Фейриса, но родилась в Леонгарде, от которого до Литленда — рукой подать. Зашла в вашу приветливую бухту с надеждою пополнить припасы. А также выгулять собачку — она ужасно засиделась на судне!
«Собачка» звучно подышала, обнажив блестящие клыки, и указала носом на дверь. Вышла гулять — так и гуляй, нечего застольничать.
— Я буду рад помочь вам, — сказал Мердок. — А барон — человек угрюмый, его лучше не трогать лишний раз.
Исмаил фыркнул:
— Как вы ей поможете, кайр? Вам самим не хватает припасов, у меня покупаете. Ей продадите с наваром? Ай да рыцарь!
Лицо девушки озарилось улыбкой:
— Господа, не нужно споров! Я куплю много и заплачу сполна. В моей жизни наметилось такое событие, что не к лицу торговаться. Мне предстоит свадьба!