— Иронично, ваше величество, — сказал он, водружая ношу на стол. — Весною Светлую Сферу искали все подряд: Лабелины, Кукловод, лорд-канцлер. Эти парни изменили бы историю мира, если б принесли ее три месяца назад.
Он откинул крышку ларца. Хармон привстал на цыпочки, чтобы проводить сокровище последним взглядом. Владычица протянула за Предметом руку…
И вдруг кое-что произошло: Сфера пошевелилась!
Она лежала плашмя и не могла вращаться, но внутренне кольцо вздрогнуло, перекосилось в явной попытке совершить оборот. Молочное сияние залило Сферу.
— Ой… — произнес юноша.
Все глаза уставились в ларец. И Ворон, и Салем, и даже часовые гвардейцы подались к столу. Сфера дергалась еще и еще, отталкивалась от днища ларца, подскакивала, как крышка над кипятком.
Хармон понял:
— Она хочет вращаться! Надо взять ее за внешнее кольцо и поднять. Позвольте мне…
И вдруг юноша завопил:
— Нет, нет! Уберите ее! Это бомба!
— Это — что?..
Никто не понял, но ужас хлестнул кнутом. Один из часовых взял Минерву в охапку, поволок прочь от стола. Ворон отпрыгнул в сторону, Весельчак закрыл лицо руками.
— Успокойтесь, она безвредна! — воскликнул Хармон. — Вращается и все, ничего плохого! Смотрите…
Он потянулся, чтобы взять Сферу из ларца.
— Спасайся, дурак! — крикнул юнец и схватил со стола Вечный Эфес.
Повеяло холодом. Мороз вонзился в кожу, будто метель пробежала по комнате. Вокруг клинка Эфеса воздух завертелся вихрем. Он наливался жаром и пламенел, а в комнате все холодало. Казалось, Эфес высасывает тепло отовсюду и забирает себе. Стол побелел от инея, треснула чашка, кофе превратился в лед.
— Все — на пол!.. — проорал юнец. Пар из его рта осыпался белыми кристаллами.
— Отставить!.. — крикнул гвардеец, обнажая шпагу. Ринулся к юнцу — но медленно, с натугой и болью. Воздух стал настолько холоден, что кожа застывала на теле.
— Ложись!..
Могучая, тугая вспышка пламени сорвалась с острия Эфеса — и ударила в ларец. Он разлетелся в щепки, Сферу бросило к окну, Хармон успел увидеть, как она вертится в воздухе, меча огненные блики. Юноша хлестнул пылающей струей — и Предмет вылетел сквозь стекло со скоростью болта из арбалета. Сверкнул в ночи, пропал где-то очень далеко, наверное, за дворцовыми стенами.
— Бросай оружие!
Юноша пятился к окну, закрываясь Вечным Эфесом. Гвардейцы с обнаженными клинками шагали за ним. Эфес пылал, высасывая остатки тепла. Вся комната покрылась инеем. Снаружи, за разбитым окном собирался туман и на глазах превращался в снег.
— Бросай…
Клинки мечей нацелились в грудь юнцу. Их покрывала блестящая наледь.