Немало этому способствовал Советник Петурио, который присутствовал тут же, вместе с сыном.

Все посматривали на жреца и на Петурио, и их спокойствие не давало народу волноваться.

Пока в столице разворачивался фарс, который войдёт в историю как «Славное Воцарение Короля-Спасителя Оливера Рэда», я уже мчался прочь из города.

Коронация, эта наспех состряпанная церемония, была лишь дымовой завесой, красивой декорацией, за которой скрывалась жестокая реальность: наша власть держалась на отрубленной голове, поддельных документах и народном страхе.

Она была хрупкой, как тонкий лёд на весенней реке. И я знал, где находится самая большая трещина, способная поглотить нас всех — армия.

Гарнизон (и военные во главе с воеводой Архаем), уведённый из столицы по фальшивому приказу, был единственной силой в королевстве, способной оспорить наш триумф. Три тысячи, в общей сложности, регулярных солдат, верных своему командиру.

Если бы Архай решил, что мы — кучка узурпаторов, он бы развернул свои полки и стёр нас с лица земли вместе с нашим новоиспеченным монархом.

Я не мог этого допустить.

Поэтому, пока Рэд, мрачный и злой, принимал присягу от трясущихся аристократов, я уже действовал. Я не терял ни минуты. Взяв с собой только братьев-квизов, Мурранга и Хрегонна — мою личную ударную группу, двух живых таранов, чей вид внушал больше уважения, чем любой королевский указ, я отправился в конюшни. Мы выбрали трёх лучших жеребцов, выносливых и быстрых, и выехали из города через северные ворота, которые уже контролировались людьми Рэда.

В моей седельной сумке лежала пачка свежеизготовленных указов с подписью «короля» и печатью.

Мы скакали весь день, не жалея лошадей и себя. Солнце палило нещадно, пыль забивалась в ноздри и скрипела на зубах.

Столица осталась позади, уступив место холмистым равнинам и редким перелескам. Я знал, что армия, обременённая обозами и тяжёлой пехотой, движется медленно, как ленивая гусеница. У меня был шанс догнать их до того, как до лагеря дойдут первые слухи о перевороте. Слухи, которые могли быть искажены, превратив нас из спасителей в цареубийц. Я должен был доставить им свою версию правды первым.

«Информационная война. Первый удар — самый важный. Кто первым доставил новость, тот и формирует реальность. Сейчас я не просто гонец. Я — программист, летящий перепрошить главный сервер, пока до него не добрался вирус» .

Я гнал коня вперёд, почти не обращая внимания на дорогу.

К вечеру, когда солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая небо в багровые тона, я почувствовал знакомый запах. Запах дыма, конского пота и полевой кухни. Мы с квизами взобрались на холм и по дымам определили, где армейский лагерь.