Вообще гномы восприняли мои слова серьёзно. Судя по обрывкам фраз, гномьи семьи запретили молодёжи покидать пределы квартала, кроме случаев крайней необходимости.
Квартал был выстроен как отдельный комплекс домов и улиц, а теперь часть проходом туда «случайно» оказались заблокированы мощными телегами (которые «случайно» прибили к стенам), строительным мусором, а те проходы, что остались, так же случайно снарядили красивыми, но чрезвычайно мощными воротами.
Гномы не знали, что творит носитель знака «Гве-дхай-бригитт» но на всякий случай превращали свой райончик в маленькую крепость и готовились к осаде, закупали продовольствие, расчистили колодец, который у них был.
А кроме того, работа по выполнению моего заказа велась, как и обещали, в три смены, гномы поставили к верстакам и наковальням молодёжь, женщин и стариков. Они стремились поскорее отработать свою оплату, крепко заработать и только тогда дать себе отдых.
По сути гномий квартал превратился в работающую на пределе возможностей фабрику.
Вечером того же дня мы провернули эту подготовительную операцию.
Дайре, закутанную в плащ, под покровом темноты вывели со стройки. У реки её ждала лодка, в которой сидел я и двое молчаливых гномов. До реки её сопровождал Рэд и братцы-квизы.
Мы, то есть я, девушка и те гномы из пригородного поселения, проплыли по реке, потом пересели на повозку, и я сдал её с рук на руки полноватому беспокойному старейшине, в чьём доме она будет прятаться, пока мы тут свергаем местную монархию.
В течение пары часов Дайре уже стала жителем дома старейшины Буртана, инкогнито и в полной, абсолютной безопасности.
Когда я вернулся и сообщил об этом Рэду, он молча сжал моё плечо своей огромной рукой. В его глазах стояла благодарность, которая была красноречивее любых слов. Теперь-то старый атаман был спокоен. Его сокровище было в безопасности. Даже если наша авантюра провалится, и мы погорим, как шведы под Полтавой, погибнем в уличных боях, его дочь будет жить.
А я смотрел на него и думал, что вот он, собственно, атаман — это центральная часть моего плана.
Теперь можно было начинать. Подготовка закончилась. Настало время для более активных действий.
С того момента, как последняя партия гномьих арбалетов и курток со скрытыми пластинами была бесшумно, как тени, под покровом ночи переправлена на территорию базы повстанцев, которую наивный и алчный купец Киприан считал стройплощадкой, операция перешла в новую, тихую и самую изматывающую фазу.
Фазу охоты. Нашей первой целью был не Цербер — бить в лоб по самому опасному и защищённому элементу системы было бы тактическим самоубийством.