Возражать парни не стали. Дождавшись, пока их придет менять другая пара, парни ушли, а вернулись уже вечером, когда за окнами полуподвала совсем стемнело и фонарь на улице разбивал желтым светом подмерзшие лужи во дворе. Принесли все необходимое.

К вечеру количество народа в подвале резко выросло. Под десяток человек активно занимались на тренажерах: лязг металла, тяжелое дыхание, глухие удары штанги об пол. В коморку ввалилось еще трое с пакетом пива — стеклянные бутылки с влажными иногда сползающими этикетками. Жорик достал из сумки водку и карты, и дело пошло на лад.

Через полтора часа игры, под сизым табачным дымом, уже плотно застлавшим каморку, бюджет Децла пополнили сто пятьдесят рублей, очки «Рей Бен» из Афганистана — в пластиковой оправе, с чуть царапнутыми стеклами, и часы «Montana» на металлическом браслете, которые при каждом движении владельца тихо позвякивали. Еще некоторое количество долгов Жора с легкой руки простил, но, так как мужчиной был аккуратным, блокнотик с ручкой, которые носил всегда с собой в нагрудном кармане пиджака, достал и сколько «простил» и кому — записал мелким убористым почерком.

— Звонит что ль кто? — сквозь музыку, игравшую из кассетника на батарейках, обернулся чернявый парень, которого все звали Гриня, ко входу. Сегодня тут он был за старшего. — Вырубите музыку!

— Да! Пойду, открою! — поднялся на ноги Децл, услышав трель звонка.

— Да куда? Я ж старший, — Гриня отставил стакан с пивом.

— Гринь, Жора — подпол. Так что ты не газуй, — одернул водилу Юра, днем проигравшийся в нарды Децлу. Он сидел тут же, наблюдал за игрой и задумчиво крутил в пальцах пустую пачку из-под сигарет.

— Бля буду! — кивнул вставший Децл, подтверждая слова Юры, и, чуть покачиваясь, но твердо ступая, пошел к двери.

Открыв ее, Жора присвистнул. В дверях, на фоне темной лестничной клетки с облупленной краской на стенах, стояла и смотрела на него сверху вниз высокая полная женщина лет сорока пяти с крашеными рыжими волосами, забранными в пучок на затылке. Поверх халата на плечи было накинуто пальто.

— Мадам! Какими судьбами — мы вроде вас не вызывали? — игриво и в рифму спросил мужчина. Выяснив, что музыка мешает спать ей, соседке сверху, одинокой вдове Татьяне, Жора пообещал, что он, как офицер, обязательно проведет воспитательную беседу с «личным составом». Слово за слово — и минут через десять парочка разошлась, сойдясь на том, что завтра в два Жора зайдет к ней и за обедом доложит об итогах воспитательной работы.

С этого дня Жоре поперла масть. Игры и пьянки по вечерам шли регулярно. Обедал и мылся Децл исключительно у соседки сверху — в ее чистой квартире с фикусами на подоконниках и кружевными салфетками. Ночевал тоже там, понятно в хозяйской кровати. Вовки с близкими в выходные считай на их «базе» не было, так как парни втягивались в процессы по управлению теневой экономикой Долгопы. Так, днем забегали пока никого. А потому жизни рецидивиста-уголовника никто не мешал.