По кредиту исландцы расплачивались треской, селедкой, пикшей и камбалой — а продукция рыбоконсервных заводов обеспечивала закупки разнообразных товаров, в договор о рыбной промышленности не входящих. Причем не только советских, датских или немецких: метановые реакторы, работающие на рыбных отходах и водорослях, в Исландию поставлялись вообще из Кореи: Ким Ирсен очень внимательно отнесся к Вериным советам и наладил у себя их серийное производство. Правда, рыба из Исландии ему вообще не требовалась, но чем ВТБ был столь и привлекателен, так это возможностью не ограничивать торговлю прямыми взаимными поставками между двумя странами…
Но исландцы не только американцев «проигнорировали», куда как больше игнора от них досталось англичанам. Причем игнора в самом прямом смысле этого слова: рыбу в Англию Исландия полностью перестала поставлять. А когда уже английские рыбаки начали усиленно ловить рыбу вокруг острова, то у них возникли очень крупные проблемы: к Исландии подошел военный флот (причем германский) и британцам очень популярно объяснили, что им здесь совершенно не рады.
Англичане (причем в кои-то веки им удалось договориться об американской поддержке) попытались сколотить «североанлантическую коалицию» против Исландии и Германии — но даже на устроенную ими конференцию приехали, кроме них самих и американцев, лишь бельгийцы и французы, но и они участвовать в такой коалиции не пожелали: все уже понимали, что это будет «коалиция против СССР и кучи прочих стран», причем даже против «свободной» Индии и не менее «свободного» Пакистана. Потому что товарищ Неру, поглядев на то, с какой скоростью начала развиваться Бенгалия, тоже пожелал свою страну присоединить к расчетной системе ВТБ, а товарищ Джинна — генерал-губернатор Пакистана — просто ввел Пакистан в состав учредителей ВТБ, причем внес пакистанскую долю в уставной капитал банка вульгарным золотом…
А в конце осени Британию «постигла тяжелая утрата»: американцам очень не понравились введенные англичанами ограничения относительно добычи урана в Канаде — и они сумели протолкнуть там идею об объявлении выхода страны из Британского содружества наций и полной независимости Канады. То есть Канада стала независимой от Англии, про США там никто и не заикался — но вот Муззамед Реза Пехлеви, ставший шахом Ирана после смерти отца, под шумок объявил о национализации всего нефтяного бизнеса…
А зимой, уже в начале сорок пятого, о независимости объявила и страна под названием Конго — но не бельгийская экс-колония, а французская. Там очень, конечно, постарались люди товарища Ульбрихта, которые зуб за французов еще со времен аннексии Эльзаса с Лотарингией точили — а местное население они на такое дело сагитировали, демонстрируя рост уровня жизни в ранее беднейшей бельгийской колонии. Однако агитация — агитацией, но и войска, имеющие опыт войн в Африке, тоже лишними в этой истории не оказались…