А вспомнила она об этом писателе лишь потому, что когда-то «с огромным удивлением» увидела в школьной библиотеке изданную в СССР книжку этого товарища, а она была абсолютно уверена в том, что «тогда» иностранцев издавали — особенно для детей — только тех, кто «был за социализм». И еще тогда она что-то об исландском писателе пыталась выяснить, и даже в попытках своих слегка преуспела — узнав, что он был членом местного парламента, именуемого Альтингом, от социалистов и всячески выступал «против оккупации». Просто в «той жизни» после начала войны с немцами англичане Исландию оккупировали, объясняя это защитой от возможной оккупации страны Германией, а когда британцы ушли, то вместо них пришли американцы.

Ну а в «этой жизни» Британия с Германией воевать не стали, Исландию англичане не оккупировали и американцы их не «заменили», так что осталась Исландия никому не нужным островом за Полярным кругом. Пока ненужным, никому, кроме Веры…

А Лаврентий Павлович узнал — и тоже с большим удивлением, что в СССР вообще нет ни одного человека, знающего исландский язык. То есть всё, что ему удалось узнать, что есть один профессор — специалист по языкам скандинавским, но этот товарищ ему поведал, что вот специалистов по древнескандинавским языкам в СССР нет, да и не было никогда — а исландцы, оказывается, пользуются как раз таким, дошедшим из-за полной изолированности острова на протяжении веков аж с конца девятисотых годов практически без изменений, и даже немногие датские словечки, просочившиеся туда в годы датского владычества, за последние лет тридцать были искоренены. И об этом печальном факте он Вере и сообщил, забирая у нее список предложений НТК по возможным путям помощи бенгальцам.

Вера Лаврентия Павловича внимательно выслушала, как-то неопределенно хмыкнула, а затем, немного подумав, сообщила, что это не страшно: оказывается, она уже нашла переводчика с исландского. Который работал еще и послом Исландии в Швеции. С ним сначала побеседовал Егор Дементьевич, затем — пригласив его в советское торгпредство — связал по телефону с Верой. Все же не зря линию ВЧ в Стокгольм НТК протянул, так что Вере не составило труда почти час общаться с исландцем — который в конце разговора просто пригласил ее в гости для уже личной беседы. Только пригласил-то не в Стокгольм, так что Вера, тяжело вздохнув, сообщила Лаврентию Павловичу «новую новость»:

— Я гляжу, что вот этим вот всем, — и она показала на толстую папку со своими предложениями по Бенгалии — все же вам заниматься придется. А я срочно убываю в солнечную Исландию.