— Ну да, читает она быстро. Языками опять же владеет неплохо, поэтому планы бельгийского министерства по делам колоний она лишь слегка так… ускорила. А вот про уран она на совещании вообще ни слова не сказала.

— Она про уран написала, и больше написала про строительство будущих рудников в самой Германии. Но это будет уже работой Лаврентия Павловича, мы с ним уже договорились о том, как по этой части работы нам поделить. Со стороны Госплана — четкое планирование финансирования всех необходимых работ, а вот всем остальным будет исключительно КГБ заниматься.

— И НТК.

— Нет, как раз НТК в урановом проекте участвовать вообще не будет. То есть напрямую не будет, а вот разработку нужных систем вооружений… я даже думаю, что после того, как Вере присвоили звание маршала именно ракетных войск, она на ракеты теперь особое внимание обратила.

— Ну да, только после этого и обратила. А до этого у нас ракеты сами делались, и люди, с ними работающие, сам народились. Жалко, что ее всерьез к работе пока привлечь нельзя: у нас непонятно, что с Болгарией делать, а у нее ведь были какие-то планы, не просто же так она Димитрова и Коларова просила в Болгарии к власти не допускать.

— Предлагала царя оставить?

— Нет, но по составу возможного правительства у меня к ней есть весьма серьезные вопросы. То есть по ее предложениям… Лаврентий говорил как-то, что она про Болгарию точно знает гораздо больше, чем всем показывает. А вот что она знает конкретно…

Вера про Болгарию знала немного, хотя в «прежней жизни» несколько месяцев провела в Софии и город как раз знала неплохо. Как турист знала, но не более — а вот относительно болгарской политической жизни знания ее ограничивались рассказами мужа о том, что только после того, как товарищ Живков встал во главе страны, там действительно стало возможным говорить о победе социалистического строя. В том смысле социалистического, в котором в это слово понимала Вера Андреевна — но и «тогда» муж отмечал, что такой социализм Живков строил в Болгарии главным образом за счет Советского Союза, задирая цены на свою сельхозпродукцию и вымогая серьезные скидки на поставку продукции промышленной. Так что когда царь Борис решил, по сути, сдаться Советскому Союзу, Вера попросила Лаврентия Павловича дать ей какую-нибудь информацию по нынешним и бывшим болгарским функционерам, и оценила их (исключительно для себя) с точки зрения эффективности выполнения поставленных перед ними задач. Экономических задач — и любимцы Сталина Васил Коларов и Георги Димитров в ее списке заняли самые последние места…