— Рядом с ней я вспоминаю себя… раньше… давно. И дом. И мне больно. Я уже забыла, что мне может быть больно. Я не причиню ей вреда. Клянусь своей кровью и сердцем. Да и… он не допустит, верно? — взгляд был устремлен на Верховного.
— Не допущу, — сказал он. — Как и они…
Воины замерли у входа в покои с белыми капсулами.
— А скоро вернется Ицтли. У него много работы. Надо расселить людей…
Пусть Маска, создав себе воплощение, и взялся помогать, но сие — дело небыстрое. Люди напуганы и одновременно преисполненны надежд. И главное, что страх их пробуждает скрытую злость, которую они готовы выплеснуть друг на друга, ибо боятся уже не гнева небес, но того, что место это, появившееся вдруг, не примет всех.
— Пойдем, — женщина обняла Ксочитл за плечи, и та не стала скидывать руки её. — Пойдем, я расчешу тебе волосы. Не надо даже уходить отсюда. У него есть одеяла, и он постелет на пол. Здесь теплые полы. Мягко не будет, но если привыкнуть, то неплохо даже. А я расчешу тебе волосы. Я умею. У меня легкие руки. И ты заснешь. А когда она проснется, то проснешься и ты. И будешь полна сил.
Этот голос звучал мягко. И наверное, Ксочитл хотела услышать что-то такое, если позволила себя увести. Гигант молча раскатал на полу какую-то тряпку, и Ксочитл легла на нее. А поверх упала накидка. И гигант устроился с одной стороны, а женщина — с другой.
Она продолжала говорить.
И гладила волосы Ксочитл.
Гладила и продолжала. И это было донельзя странным… наверное. Что Верховный знает о людях?
Что они боялись.
И подземелья, дышавшего сыростью. И огня, что исходил от Верховного. И небесного гнева. Мертвецов. Грядущей смерти и всего-то сразу…
Они боялись и, превозмогая один страх, подгоняемые другим, шли за огненной фигурой. И воины Ицтли лишь следили, чтобы никто не отстал.
Они дрожали, но с каждым шагом, оказавшись внутри подземелий Древних, успокаивались.
И вот уже — Верховный видел это внутренним своим взором, тем, что распространялся вовне — они деловито осваивали первый сектор. Людей пока было мало, но они, убедившись, что не будут немедленно пожраны неведомыми чудовищами, засуетились, спеша занять места получше. То тут, то там уже вспыхивали ссоры, ибо кто-то счел себя обделенным. Кто-то пытался расковырять потолок и вытащить из него светящиеся камни, кто-то спешил закрыть тряпьем трубу воздуховода. Кто-то гадил в углу или находил повод ругаться с соседями.
Ксочитл уснула. И женщина поднялась, она неспешным шагом приблизилась к капсуле.
— Что ты собираешься делать? — поинтересовался гигант, явно насторожившись.