— Что на нем? — уточнил Ирграм.
— Стандартный комбинезон. Препятствует возможному заражению питательного раствора внешними агентами.
Человек время от времени что-то опускал в ванну. Поднимал. Делал пометку на табличке, вроде тех, которыми пользуются варвары. Правда, Ирграм подозревал, что эта табличка не из глины.
— Протокол требует еженедельной визуальной проверки и сличения данных. Система двойного контроля, которая была введена после диверсии группы радикалистов.
— А это кто?
Человек шел. В ваннах было что-то белесое и смутное. И ничего-то кроме не происходило.
— Я уже рассказывала, что человеческая популяция не отличалась однородностью, особенно во взглядах на перспективы дальнейшего развития цивилизации. Часть свободных личностей провозгласили независимость и отказались подчиняться установленным правилам.
— Взбунтовались.
Это было понятно.
— Первое время этот протест считался не представляющим общественной опасности.
Безопасный бунт? Это было уже не понятно.
Любой маг, да и не только маг, но и владетельный барон знает, что не бывает безопасного бунта. Что любой надобно давить в зародыше, и жестоко, дабы у прочих, кто пусть и в мыслях, но допускает возможность бунта, отступило всякое желание идти против законной власти.
— Однако впоследствии движение раскололось. Менее радикальная часть его сосредоточилась на преимуществах жизни в реальном мире, ограничившись отказом от всего, что дает подключение и Система. Они полагали, что каждый имеет право на личный выбор. Их бывшие соратники желали более глобальных перемен, утверждая, что, пока существует сама Система, существование цивилизации находится под угрозой. Что необходима полная ликвидация цифрового пространства с возвращением всех, задействованных вовне личностей в биологические носители. И требовали использовать те носители, которыми личности обладали до перехода.
Тоже не совсем понятно. Но картинка на экране сменилась. Уже несколько человек, все в тех же белых одеяниях, вытаскивали из бассейна мужчину. Молодого, сильного, но явно не понимающего, что происходит. Он дергал руками, крутил головой. Жаль, звука нет.
— Они заявляли о неэтичности использования синтезированных личностей, полагая, что привнесение в нервную систему их комплекса данных делает невозможным развитие новой, индивидуальной, личности.
Мужчину запихнули на какую-то тележку, которая тотчас вспучилась пузырем, скрыв тело внутри. Пузырь чем-то походил на тот, в котором ныне оставалась Роза.
— Это предзавершающий этап. Синтезированный носитель отправляется в модуль для дозревания и корректировки, а также внесения информационной матрици личности. Изначально это делали по завершении синтеза, однако впоследствии было показано, что совмещение процессов дает куда больший результат. Лучший, — поправилась Роза. — Мои речевые параметры будут адаптироваться в соответствие с реальностью.