Меняю будильник с семи десяти на шесть сорок и ложусь.
Засыпаю не сразу.
Перед глазами снова появляется его ленивая улыбка. Та самая, с которой он назвал мой вывод ошибкой, даже не заглянув в расчёты.
Самоуверенный.
Избалованный.
И, что хуже всего, не глупый.
С глупым человеком было бы проще. Его можно один раз поймать на ошибке и больше не воспринимать всерьёз. Тимур заметил неточность в проекте почти сразу, просто привык, что ему не нужно никому ничего доказывать.
А я привыкла доказывать всё.
Наверное, поэтому уже на второй день мы раздражаем друг друга.
Утром я просыпаюсь за минуту до будильника.
Душ, кофе, укладка. Надеваю приготовленные с вечера вещи, добавляю серьги и тонкую цепочку.
В зеркале я выгляжу спокойно.
Это главное.
В холдинг приезжаю в восемь сорок пять. Здороваюсь с девушкой на стойке, прикладываю пропуск и поднимаюсь на нужный этаж.
В отделе ещё тихо. Я включаю компьютер, проверяю почту и распечатываю итоговую таблицу. В восемь пятьдесят семь подхожу к кабинету Тимура.
За дверью слышен его голос.
Он разговаривает по телефону.
Я жду до девяти, стучу и захожу.
– Доброе утро, Тимур Леонидович.
Он не отвечает сразу. Заканчивает фразу, медленно переводит взгляд на меня и только потом кладёт телефон на стол.
– Вы опоздали на две минуты.
Смотрю на часы на стене.
– Я стояла у двери с восьми пятидесяти семи. Вы разговаривали.
– Значит, нужно было войти.
– Перебивать чужой разговор невежливо.
– А заставлять ждать руководителя вежливо?
– Я не заставляла вас ждать. Вы были заняты.
На его лице ничего не меняется, только пальцы один раз касаются лежащей на столе ручки.
– Расчёты, Савина.
Я подхожу к столу и открываю ноутбук.
– Три сценария. Базовый, оптимистичный и тот, при котором от проекта лучше отказаться.
– Я умею читать названия вкладок.
– Тогда сэкономим время.
Он поднимает глаза.
Я отвечаю самым спокойным взглядом, на который способна.
Первым отворачивается он.
Тимур
Савина раздражает меня с девяти ноль две.
Сначала тем, что не признаёт опоздание. Потом тем, что говорит совершенно вежливо, и придраться к тону невозможно.
Вчера Савина пришла на практику.
Сегодня – на битву.
– Начинайте, – говорю я.
Она показывает модель.
– При фактической загрузке проект окупится на год и десять месяцев позже, чем указано в презентации.
– Цена снижения?
– Минимум двенадцать процентов.
– Пятнадцать.
– По моим расчётам – двенадцать.
Разворачиваю ноутбук и указываю на строку с налогом на имущество.
– После реконструкции ставка изменится.
Савина наклоняется к экрану.
– В документах этого нет.
– Решение ещё не подписано.