Парень посмотрел на меня странным взглядом, но промолчал.

Через час мы выступили.

Впереди шли двое мужиков с топорами — расчищать дорогу, если понадобится. За ними волокуша с Рыжим — четверо тянули верёвки, ещё двое толкали сзади. Вторая волокуша с Воронком следовала в нескольких метрах позади, и там картина была та же: верёвки, напряжённые спины, скрип дерева по земле.

Я шёл сбоку, опираясь на костыль и стараясь не отставать. Нога болела, но старался не обращать внимания.

Путь лежал через болото, по той самой тропе, которую я прошёл утром с Прошкой. Только теперь, с высоты своего нового опыта, видел её другими глазами.

Это не просто тропа — это старая дорога.

Сквозь заросли камыша и папоротника проглядывали остатки чего-то, похожего на булыжную мостовую. Камни, вросшие в землю, покрытые мхом и грязью, но всё ещё держащие форму. Кое-где виднелись деревянные настилы — полусгнившие, провалившиеся, но узнаваемые.

Двадцать лет назад по этой дороге ездили телеги. Может быть, даже голем-лошади, вроде тех, что мы сейчас тащили. Цех был частью какой-то системы, какого-то производства, связанного с внешним миром.

А потом всё кончилось, и дорога заросла.

— Тяжко идёт, — пропыхтел один из мужиков, тянувших Рыжего. — Как камень, честное слово.

— Не ной, — буркнул Силантий, который шёл рядом со мной. — Дотащим.

Небо над головами темнело с каждой минутой. Ветер усилился, пригибая верхушки камышей к земле. Первые капли дождя упали мне на лицо — редкие, холодные, предвестники настоящего ливня.

— Надо бы поторопиться, — сказал я.

— Сами знаем, — огрызнулся коренастый мужик, которого звали Ефим. — Не погоняй.

Я промолчал. Погонять действительно было бесполезно — люди и так выкладывались на полную.

Дорога петляла между кочками, обходя самые топкие места. Кое-где приходилось останавливаться, чтобы подложить под волокуши дополнительные брёвна. Колёса бы проваливались в грязь по ступицу, но катки хотя бы распределяли вес.

Я мысленно оценил расстояние — пять километров, много это или мало? В нормальных условиях и по хорошей дороге — час неторопливой ходьбы. Здесь, по болоту, с грузом — все три, а то и четыре.

Первая половина пути прошла относительно легко. Дорога была более-менее проходимой, катки справлялись со своей задачей. Мужики втянулись в ритм, перестали жаловаться.

Проблемы начались на подходе к цеху — здесь болото становилось глубже, а старая дорога почти полностью исчезала под водой и грязью. Волокуша с Рыжим увязла, и потребовались усилия всех восьми человек, чтобы её вытащить.

— Чёрт бы побрал это место! — выругался Ефим, по колено в грязи. — Ещё немного и сами тут утопнем!