Первые несколько метров по открытому пространству. Дождь хлестал по лицам, холодный ветер пронизывал до костей. Я чувствовал, как немеют пальцы, как ноет плечо от непривычной нагрузки.

Потом — темнота ворот. Порог, через который волокуша перевалила с глухим стуком. И, наконец, относительная сухость внутри.

Я остановился, переводя дыхание. Глаза постепенно привыкали к полумраку.

Цех. Мой цех. Место, где я провёл первую ночь в этом мире. Место, где нашёл железного богатыря и лебёдку, которая спасла мне жизнь.

Теперь здесь будет моя мастерская.

— Давай за вторым, — сказал я Прошке.

Парень кивнул, и мы вышли обратно под дождь.

Воронок оказался тяжелее или мы просто устали. Тащили его долго, останавливаясь передохнуть через каждые несколько шагов. Наконец, и он оказался внутри, рядом с Рыжим.

Я прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Нога пульсировала болью, руки дрожали от усталости, но в груди разливалось странное тепло, похожее на удовлетворение от проделанной работы.

Прошка стоял рядом, мокрый насквозь, с прилипшими ко лбу волосами. Он озирался по сторонам с выражением человека, который ожидал увидеть ад и обнаружил вместо этого… просто старое здание.

— Ну вот, — сказал я. — Добрались.

— Ага… — парень всё ещё оглядывался. — А где… ну… чертовщина-то?

Я усмехнулся.

— Нет здесь никакой чертовщины, Прохор. Только пыль, старые станки и очень много работы.

Он посмотрел на меня, потом на механических коней, стоящих на волокушах, потом на громадный силуэт железного богатыря в дальнем углу цеха.

Парень смотрел на гигантский силуэт с выражением, в котором смешивались страх и восхищение. Я понимал его — даже для меня, человека двадцать первого века, железный богатырь производил впечатление.

— Ладно, — я отлепился от стены. — Хватит глазеть. Нужно разжечь огонь, обсушиться, а потом начнём работать.

— Работать? — Прошка оторвался от созерцания голема. — Прямо сейчас?

— А чего ждать? — я пожал плечами. — Времени у нас немного. Чем раньше начнём, тем раньше закончим.

Огляделся, оценивая обстановку. Цех был таким, каким я его оставил: станки под слоем пыли, детали разобранного богатыря в углу, насос, который поднял из подвала. Здесь было всё необходимое для работы, нужно было только привести это в порядок.

— Первым делом — инвентаризация, — сказал я вслух скорее для себя, чем для Прошки. — Нужно понять, какие инструменты есть, какие придётся делать. Потом — детальный осмотр лошадей. Составим список неисправностей, определим приоритеты…

— Ин-вен-та-ри-за-ция? — Прошка попробовал слово на вкус. — Это что такое?