Двадцать пять лет инженерного опыта начали работать на полную мощность.
Через час у меня была готова система — грубая, примитивная, но функциональная. Цепь перекинута через балку, один конец закреплён на импровизированном вороте, а шестерня на деревянной оси, вставленной в щель между камнями стены. Второй конец цепи уходит вниз, к воде.
Подёргал за цепь, проверяя крепление — скрипит, но держит.
— Ну вот, — сказал вслух, обращаясь к пустому цеху. — Теперь осталось самое весёлое.
Я вернулся к костру — тот уже почти догорел, но жар ещё оставался. Подкинул несколько досок, раздул пламя. Нужно согреться как следует перед погружением, иначе холодная вода убьёт меня ещё быстрее, чем убила Петра.
Сидя у огня, прокручивал в голове план действий:
Спуститься по ступеням до воды. Сделать несколько глубоких вдохов, насытить кровь кислородом. Нырнуть, держась за цепь как за направляющую. Найти дно — оно должно быть где-то в двух-трёх метрах, если судить по размерам подвала. Нащупать насос в темноте. Обмотать его цепью. Вынырнуть. Отдышаться. Повторить, если нужно подтянуть крепление.
Простой план. Самоубийственный, но простой.
Я похлопал себя по щекам, разгоняя кровь, и невольно усмехнулся.
— Довольно иронично, — произнёс, глядя на огонь. — Лезть туда, где не так давно погиб прошлый владелец этого тела.
Иронично, но разве не вся моя жизнь была одной большой иронией? Почти тридцать лет работы на заводе, который в итоге меня и убил. А теперь второй шанс в теле калеки, в мире, где существуют железные богатыри и где затопленный подвал может стать началом чего-то нового.
Или концом. Всё зависело от того, хватит ли мне удачи и мастерства.
Я поднялся на ноги, подхватил костыль и направился к входу в подвал.
— Ну что, Пётр, — сказал, обращаясь то ли к памяти погибшего мальчишки, то ли к самому себе. — Ты хотел воскресить этот завод. Я попробую закончить то, что ты начал, только на этот раз с инженерным подходом.
Чёрная вода поблёскивала внизу, терпеливо ожидая своей жертвы.
Сделал глубокий вдох и начал спускаться по ступеням.
Перед погружением, не забыл раздеться и аккуратно сложил свою одежду не так далеко от спуска. Убедившись, что все продумал и кое-как собравшись с мыслями, двинул вперёд.
Вода обхватила щиколотку, и тело мгновенно покрылось мурашками. Я стиснул зубы, подавляя желание отдёрнуть ногу, и сделал следующий шаг. Вторая ступень. Третья. Вода поднялась до колен, и хромая нога отозвалась тупой болью, ведь старый перелом не любил холода.
— Ничего сложного, — пробормотал я себе под нос, хватаясь за шершавый камень стены. — Просто спуститься, закрепить цепь и вернуться. Никаких подвигов, ведь именно они и приводят к смерти.