— Энергией? — предположил я.
— И только энергией, — Леран расплылся в улыбке. — Приятно общаться с умным студентом. У великого, разумеется, не было, и не могло быть такого количества энергии, чтобы заинтересовать сектораль. Однако здесь надо вспомнить, как душа может получать энергию. Во-первых, естественным накоплением, но это путь долгий. А ещё?
Я сразу же вспомнил облако, которое на моих глазах поглотило меньшее облако, и чуть было не поглотило меня.
— Поглощением других душ?
— Правильно, Артём! Хищники развиваются проще и быстрее, потому что они паразитируют на чужих усилиях. Сектораль не может прямо поглощать другие души, потому что у неё нет прямого доступа к духовному плану, зато она может создавать зверей и принудительно вселять туда другие души — в точности, как это делает магик, создавая ту же иголку. Потом этого зверя убивает охотник — и куда идёт его душа? Вот в этом и состоит суть сделки секторали с её создателем: великий обязуется её кормить. Охотиться на духовном плане рискованно, там хватает хищников и посерьёзнее, а здесь секторали гарантируется и кормёжка, и полная безопасность. Так что создать свою сектораль совсем несложно — отказа не будет. При наличии достаточной энергии для создания зерна, конечно.
— Неожиданно, — только и смог сказать я.
— А отвечая на твой вопрос, зачем сектораль соблюдает баланс, то здесь всё просто. Для неё выгоднее сильные стражи, которые дадут ей сильные души. Но что произойдёт, если они будут слишком сильными?
— Добыча ресурсов перестанет окупаться, и люди уйдут, — догадался я. — Приток душ прекратится.
— Вот теперь ты знаешь маленький и грязный секрет великих, — с удовлетворением заметил Леран. — Другой вопрос, сделало ли это тебя счастливым?
— Нет, определённо не сделало, — покачал я головой. — Но знать это стоит. И я обещаю, что Дельгадо не узнает, что ты мне это рассказал.
— Лучше будет, если он вообще не узнает, что ты это знаешь, — усмехнулся Леран. — Для тебя лучше, мне-то всё равно.
Определённо Леран сильно не любит Дельгадо, и к тому же слишком много обо мне знает. И рассказывает он мне всё это, конечно, не просто так. Надо бы это как следует потом обдумать.
Разговор с Лераном настолько меня увлёк, что я даже не заметил, как суета вокруг утихла и фургон начал двигаться. Может быть, и дальше бы не замечал, если бы тент пассажирского отделения был закрыт, но с откинутым тентом трудно было не заметить, что пряничные домики городской окраины остались позади, и дорогу обступили мрачноватые вековые ели. Дорога тоже изменилась — мостовая тёсаного камня закончилась, сменившись бетонными плитами. Капитально построенная дорога — явный признак высокой цивилизации; у нас вот в Рифейске за город ведут исключительно грунтовки, разве что самые важные регулярно подсыпают гравием.