— Мога у нас легенда, — отмер, наконец, Эман. — А ты с ним так, по-простому. Нет, вы с Арной крутые, конечно. Хотя я всё равно не понимаю, как вы в нашем лесу выжили. Вы же магики, а магик там выжить не может.
— Так мы там и не магичили, — пожал я плечами. — Исключительно честной сталью. Ты точно так же там выживешь, просто не пытайся магией победить.
— Без магии меня там и зайцы порвут, — грустно сказал Эман. — А с магией тем более порвут.
— Тогда лучше не ходи в лес, — развёл руками я. — Что я могу тебе ещё сказать?
Эман только вздохнул и промолчал. Отхлебнул пива и вдруг заметил, что немного пролил, когда ставил кружку. Он поморщился, посмотрел на стаканчик с салфетками на другом конце стола, и стаканчик плавно к нему поехал. Эман аккуратно промокнул лужицу салфеткой и поднял глаза на меня. Я захлопнул рот.
— Как ты это сделал? — потребовал я.
— Что сделал? — не понял он.
— Салфетки к себе придвинул.
— Как учили, так и сделал, — он посмотрел на меня с удивлением. — Только вектор движения надо не от себя задавать, а наоборот, к себе. Это просто делается, надо только немного потренироваться.
— Нас же этому не учили, — сказал я, уже начиная что-то подозревать.
— Так это из домашних заданий, их индивидуально дают, — пояснил Эман. — У нас на эту тему упражнение с шариком было. На ниточке висит шарик, нужно его отклонять в определённую сторону на заданный угол. А потом, когда научишься, держать так минимум минуту. А вам такое упражнение не давали, что ли?
— Нам немного другое давали, — вздохнул я. — Ладно, неважно.
Да, нам немного другое упражнение давали. Только давал его Леран; ни наши преподаватели, ни сам Дельгадо нам ничего такого не давали. Получается, наших одногруппников всё-таки учат тому, чему нужно, пусть и в виде домашних заданий, а почему же у нас программа такая урезанная? Кое-какие предположения у меня есть, и они мне совершенно не нравятся.
— Ты что такой озабоченный, папа? — спросили Мирна, разливая чай по чашкам. — Опять из-за Артёма?
— Из-за него, — досадливо поморщился Дельгадо. — Никак не могу выяснить, как с ним дело обстоит. Мутный он какой-то.
— Да что в нём мутного? — пожала плечами дочь. — Способный мальчик. Хорошие задатки к магии. Плохо развитые, но ты же сам запретил его развивать. Чего ещё ты от него хочешь?
— Ты сама прекрасно знаешь, чего я от него хочу, — раздражённо ответил тот. — Как магик, он мне вообще неинтересен. Я хочу знать уровень его волевого развития и духовной устойчивости.
— Ну какого волевого развития ты ждёшь от первокурсника? — укоризненно покачала головой Мирна. — Какой духовной устойчивости?