Когда я нервничаю, становлюсь жуткой болтушкой.
Хмыкнув, он стреляет взглядом сначала в один занятый столик, потом во второй.
– Три девушки тридцать плюс и вон та парочка сорок плюс вряд ли являются фанатами ММА.
– Думаешь? – тоже фыркаю и оглядываюсь на столики. – Мужчина сорок плюс вполне может быть любителем таких боёв.
– Одного фаната я переживу.
Теперь Дамир улыбается не только глазами, но и губами. И я тоже сияю. Странно всё это...
Смущённо опускаю взгляд. Дамир, протягивая руку, касается моего подбородка и мягко поднимает моё лицо.
– А ты? Фанатка боёв? – прищуривается Дамир.
– Я? – изображаю изумление. – Да ты что? Я понятия не имею, что это такое. Как это вообще происходит. Безусловно, слышала про ММА. Но для меня это просто три буквы.
Кладу его кепку на место. Дамир внезапно берёт ее в руку и надевает на мою голову. Она мне, конечно, велика и спадает почти до носа.
Нервно хихикаю, не зная что и думать.
Поправив ремешок, Дамир вновь одевает на меня кепку и с минуту смотрит на меня так, словно любуется.
– Тебе идёт. Оставь себе, пожалуйста.
Нет, он не дарит мне эту брендовую вещь с барского плеча. Он просит, чтобы приняла.
К нам подходит официантка с подносом. Буквально вторгается в наш странно уютный мирок. Меня резко зажимает.
Девушка расставляет заказанные блюда.
– Что-нибудь ещё? – смотрит на меня.
Отрицательно мотаю головой и она уходит.
Теперь мне хочется не мороженого с холодным латте, а кипятка. Как-то холодно внутри стало и страшно. Тяжёлый взгляд Дамира и мои собственные ощущения доводят до паники.
Что я делаю рядом с ним?
Бездумно пялюсь на фреску с Мерлин Монро. Какая же она всё-таки красивая...
Дамир пробует холодный напиток. Немного морщится, но вслух протягивает:
– Ммм... Неплохо.
Припадаю губами к трубочке. Вообще-то, ледяной латте на любителя. И сейчас он, определённо, мне не нравится. Сталкиваемся глазами. В его – пляшут насмешливые искры.
– Ну ладно... Это не очень вкусно, согласна, – сдаюсь я. – Но вот мороженое у них просто супер. А эти булочки. Ммм...
Пробую мороженое. Оно такое холодное, что горло сковывает спазмом. Кусаю горячую выпечку.
Вот так хорошо. Просто замечательно.
Дамир наблюдает за тем, как я поедаю булку, намазывая на неё мороженое. Делает так же.
Мы ведём себя глупо. Но как-то пофигу.
Так вкусно, и всё тут!
– Может, теперь горячего кофе? – спрашивает Дамир, скорчив жалостливую гримасу.
– Можно, – смеюсь я.
И нам приносят кофе. Мы болтаем о всяком, время летит незаметно.
– У тебя интересное имя.
– Хочешь спросить меня, кто я по национальности? Осетин наполовину. Мой отец осетин, а мама русская. Имя, кстати, советское. Да будет мир, или типа того.