— Смекнул, — кивнул старик. — Не сомневайся, и слова найду, и момент не упущу. И что нести в дар — знаю, уважу хранительницу камня на славу. Ай, порадовал как!

— Ну и славно. — Я встал из-за стола. — Теперь вроде все. Как Светка вернется, передай ей, чтобы мне позвонила. Не чужие люди мы с ней теперь, переживаю все же.

— Ты не спеши, паря, — встал и Геннадий Мефодьевич. — Я хоть и колдун черный, недобрый, но о том, что добром за добро надо платить, всегда помнил. Особенно за такое, которое отдарка вроде и не предполагает, вот как сейчас. У тебя небесное железо, что Хозяйка дала, поди, с собой?

— Ну да, — кивнул я, — захватил. Правда, оказалось, что не железо это никакое, а медь.

Не стал я прощальный подарок Каменной Девы оставлять в доме, где ночевал, прихватил и его, и документы с собой, а после сложил в купленный на первой же попавшейся заправке немудреный рюкзак. Кто знает, что будет, когда я вернусь обратно? Может, Марина, не дожидаясь меня, рванет в Дубай, решив, что хватит с нее родных осин. Ванна и паштет оказали свое терапевтическое воздействие, недавний непрерывный стресс девочку отпустил, и я утром завтракал совсем с другой Мариной, не сильно похожей на ту, которая накануне вышла из пещеры. А что будет к вечеру? Потому совершенно не удивлюсь, если папаша Белозеров ошибся и меня уже сегодня завернут не то что при входе в дом, а еще на въезде в поселок. Барахло, которое осталось в походном рюкзаке, мне не сильно жалко, я бы все равно его в Москву не попер. А вот личные вещи, документы и небесное железо — это серьезно.

— И хорошо, что медь, — деловито заметил колдун. — Она податливее железа, работать с ней проще, да и тебе, выходит, сподручнее. Давай сюда. Да не трухай, паря, не надо. Как ты со мной, так и я с тобой.

Я глянул на него и понял — нечего тут бояться. Да и то — ему это железо на кой? Чего он с ним делать станет? Кабы золото — еще ладно, а медь, пусть даже и такая…

— Сиди, пей чай, — велел мне Поревин, убирая мешочек с заветным металлом в карман серого пиджака, который он натянул на себя. Забавно, кстати — хрестоматийный такой деревенский старичок получился, в трениках с «пузырями» на коленях, фуфайке и в пиджаке. Только капитанской фуражки не хватает. — Я скоро.

И ушел. Куда, зачем — неясно, но не за ним же бежать? Сказано ждать — будем ждать.

Вернулся он только через полчаса и положил мешок, на глаз такой же, как и был, передо мной.

— Забирай. Пули лить не умею, не обессудь, но, думаю, в белокаменной мастера найдутся. А вот за то, что гамадрилу они теперь точно возьмут, поручусь.