«Главное, что я знаю, не приветствуются тут всякие непонятные умения», — предупреждал Альс меня про подобное дело вполне серьезно.

Скорее всего, к магам крайне нехорошо относятся, не зря Проклятыми называют. Даже если всю правду рассказать о том, как я попал сюда, тогда просто прибьют для верности и закопают в безымянной могилке.

«Поэтому молчать придется мне, как я попал в здешний мир без ГМО и что видел в Храме, и про сам Храм — вот что главное», — напоминаю себе.

Про мою способность сама Гильдия знает, но Альс ясно показал, что умения такие в Гильдии используют и втайне очень даже приветствуются.

Кроса тогда, при разговоре после боя, он отправил в караул. Носильщиков не оказалось рядом, только рангом повыше Охотники. Наверно, совсем не случайно так сделал, не зря же еще про Кроса намекал, когда приглашал меня в будущем на какую-то работу для Гильдии.

Чтобы лишнего я ним не обсуждал — конкретный такой намек для меня.

На привале около небольшого озера оставили охранять обоз Носильщиков из Сторожки, которые не гуляли с нами и сладко поспали сразу пару часов в тенечке под подводами. Кому как, а мне вполне хватило, чтобы хорошо взбодриться.

К раннему вечеру хутора и отдельные дома уже стали превращаться в деревни, распаханные и засеянные земли пошли сплошняком. Людей тоже прибавилось, деревенские детишки стайками выбегают к обозу и бегут рядом, крича и выпрашивая подарки.

Я заметил: шести-семилетних детей попадается достаточно много и младше тоже, а вот десяти-двенадцатилетних вообще почти не видно. Может уже работают, может просто мало осталось после Беды. Дорога под ногами оказалась укатанной и ровной, начали попадаться участки с галькой, утоптанной внутрь. Обочины стали широкими, частенько приходится разъезжаться с встречными подводами, изредка пропускать скачущих всадников.

Один раз навстречу быстро проскакал отряд Гвардии с довольно напряженными лицами, человек восемь. Мостики, тоже узкие, попадаются все чаще, а перед ними всегда находится место, чтобы переждать встречных.

Теперь один из Носильщиков идет впереди в пятидесяти метрах и регулирует голосом, когда обозу нужно съезжать на обочину, когда быстрее спешить вперед, чтобы успеть проскочить перед встречными путниками.

Я во все глаза разглядываю местную жизнь: все же именно тут мне предстоит прожить остаток дней своих.

Ну, скорее всего, что именно здесь прожить. Пока за полтора месяца пребывания в Черноземье, в основном, конечно, в глухом лесу, я как-то быстро потерял потребность в постоянном интернете.

Забыл уже полностью, что значит проверять почту и отвечать всем в Вацапе, сидеть в новостях в компе и часто воевать в «Танчиках».