— Там смогли договориться с Ханом, тем более нашлось, что ему предложить. Куда дойдет Беда и что будет в степи твориться — никто не знал. Вели себя сдержанно и разумно, стали договариваться и хорошо платить, хотя могли легко захватить все Бейство. Но воевать в такое время, когда смерть грозит всем, наверно, очень глупо, а зерна на кораблях находилось безмерно, — продолжается интереснейший для меня рассказ.

За окнами трактира уже стемнело, за разговорами и выпивкой прошло несколько часов. Пиво и закуска закончились давно, мы попиваем ресу, не закусывая. Потом я поманил разносчицу и заказал кувшинчик кисленького компота из ягоды, похожей на клюкву. Очень мне он понравился, прямо витаминный удар по организму. Кросу — еще порцию свиных колбасок и пива. Разговор катится по накатанным рельсам, мне очень не хочется его прерывать. Приятель просто фантастическим образом закрывает огромные пробелы моего знания о новом мире.

Еще мне захотелось посмотреть, смогу ли я накачать Кроса до полного беспамятства. По намекам парней из Гильдии — такое еще никому не удалось. Я коварно после пива пью крепкую ресу, зная точно, что градус нужно правильно повышать. Приятель чередует пиво и крепкий алкоголь, поэтому своим видом подает весомые надежды на мою победу.

Астрийские дворяне давно уже ушли, пытаясь все так же очень настойчиво одними взглядами показать, насколько же они нас всех презирают. Хорошо видно, очень им не понравился наш независимый вид, что совсем не обращаем на них самих и их видимое недовольство никакого внимания.

Ладно, хоть молчали под суровым присмотром своих наставников.

Меня тоже вштырило неслабо, молоточки постукивают в висках, лицо Кроса расплывается перед глазами, поэтому мне пришлось капитулировать. Хотя мой приятель уже начал невнятно бормотать, рассказывая самому себе о чем-то из жизни. Из последних сил я позвал Кроса приходить в номер, свободная кровать для него там есть, сам прихватил кувшинчик с компотом и ушел. Крос, по-моему, даже не понял, что остался в гордом одиночестве, так и продолжает несвязно бормотать про себя.

Проснувшись уже поздним вечером, я с трудом нащупал в полной темноте кувшинчик и выдул половину. Страшно захотелось в туалет, но я сейчас не так уверен, что смогу добраться до горшка, не упав по дороге. Но мочевой пузырь давит, не переставая, пришлось все же подниматься, только теперь я увидел очертания сопящего Кроса, лежащего наискосок на соседней кровати.

— Зачем же я так напился? — только и смог промычать я, испытывая невыразимое облегчение от могучей струи, стучащей по донышку горшка.