Пятнадцать метров, десять, восемь.

Вперед мы рванули одновременно и практически в слитном движении. Мужик пустил вперед висящие по сторонам мечи, а сам попытался уйти в сторону, чтобы зайти боком. Попытка отвлечь внимание этими висюльками успехом не увенчалась, ведь я не стал даже придумывать, как их блокировать. Простой нырок вниз, пропуская лезвия верхом и сближение. Резко затормозить в метре от противника, пропуская его слитный двойной выпад и жесткий короткий удар в лицо. Сдерживаться даже не планировал, и поэтому удар вышел хорошим. Да, как в стальную стену кулак всадил, но оно того стоило. Пошатнувшись, мужик отпрянул назад, и я приметил небольшую вмятину на его металлической коже. Понятное дело, что особого урона одним успехом не нанесешь, но это ведь только начало!

В скорости этот металюга мне уступал, но металл по телу практически сводил на нет силу моих ударов. Но видя, каким образом он управляет висячими мечами, начал входить в раж. Ему нужен визуальный контакт! Постоянный! В ином случае они не опаснее деревянного игрушечного меча в руках ребенка!

Нет, красивые финты, и попытки достать меня лезвиями из предплечий имели место быть. Но и только. Увернуться — ударить, пропустить над головой — ударить. Короткие экономные движения и всё внимание на лицо мужика. Тот кривился, скалился и морщился, но попытки меня достать не прекращал. Лезвия его выходящих мечей свистели красиво, но мимо.

И всё бы ничего, да момент активации игл я благополучно профукал. Рассчитывал на тесный контакт и нивелирование его способности творить, но лург там плавал.

Очередной хороший удар в лицо и мужик делает два шага назад. Мне показалось, будто это движение — движение поплывшего человека. Рывок вперед, но прямо из-за плеч вырываются острые иглы, мгновенно устремляясь мне в голову. Только и успеваю, что немного уйти в сторону, ощущая, как вспарывается плоть на моей щеке и груди. Следом свист сверху, привлекающий внимание, но это лишь обманка. Двухметровые иглы, сразу четыре штуки и выражение лица мужика меняется на довольную ухмылку. Как вспыхнули золотом его глаза, отметил лишь краем сознания. Чуйка в это время вопила во весь голос. Ощущение опасности вспыхнуло столь ярко, что запах паленых волос, который сменился запахом паленой плоти, в мысли ворвался с опозданием. А ведь горел именно я.

Расплавленный металл намного хуже простого огня. Пламя слизывает, а металл прилипает.

Боль в ступнях резанула молнией от копчика до темечка, где следом в спину уперлось острие парящих в бесполезности до этого мечей. Один прошел через плечо и лишь чудом я успел убрать с пути шею. А ведь именно туда целил ублюдок. Второе острие вошло в грудную клетку, туда, где у нормального человека располагалось сердце. Больно? Больно. Эта самая боль обжигая, вспыхнула в сознании, напоминая мне пытки Мастера. Ярость понеслась за ней следом и рывок вперед, вместе с более серьезными метаморфозами, слились в единое движение.