— Всё, хватит, — остановился я на третьей примерке.

Вроде и выбор был, но первый, да и второй варианты, даже приемлемы, но отдавали неприятным фасоном. Оказавшись на мне, первый приталил и обтянул буквально всё, что только можно. А, если учесть, что это поверх эльфийской то второй кожи, смотрелось, ну очень убого. Второй ушел в оттенки такие, что только клоуном обзывайся. В общем, тоже мимо. Остальные только взглядом пробежал, стоически стараясь не морщиться.

Третий вариант пусть и смотрелся с толикой вычурности, но сидел хорошо. Особенно с тем учетом, что по виду он больно походил на военный мундир. Темно-синие оттенки, безрукавка с длинными полами поверх шелковой рубашки, брюки из плотной ткани, с пришитыми по бокам карманами. Сапоги — черный глянец, не доходящие до колена на треть общего размера. Прошнурованы по всей длине, а ремешки доканчивают картину. Ткань безрукавки плотная на ощупь и немного грубая. Опускается она ниже пояса, но спереди имеется специфический разрез до пупка, где выше, переплетенные ремешки, буквально стягивают грудную клетку.

— Капюшон не лишний? — потрепал кусок ткани.

— Последний писк моды, — проворчала женщина. — Везде суют, где надо и, где не надо. Руки бы этим модельерам оторвать. Подвигайся! Не стой столбом! Вроде фасон и стиль списаны с военного обмундирования, так что стеснять ничего не должно.

А ведь и правда. Сидит как влитой, всяким там приседаниям, рывкам и кульбитам не мешает. Ткань вроде и плотная, но тянется достаточно для всяких там финтов. Но, что приятнее всего, так это полное совмещение со второй кожей. Гармонично сидит!

— Я бы цвет ярче сделала, — отошла на несколько шагов женщина. — И ремень на безрукавку выкинула. Штаны и так крепко сидят. А ремень общую картину хорошо докончит.

— Тц, жаль, — выдохнул я, покачав головой. Вопросительный взгляд и кивок потребовали пояснения. — Обращаться, если придется, то только на тряпки потом. А так, костюмчик вполне себе неплох.

— Ты главное живым вернись, — неожиданно ворчание в ответ. — Тряпок этих не проблема пошить.

— Это с чего забота такая? — с подозрением в голосе протянул я.

— Ты осознаешь, что это поход в один конец? — нахмурилась она. — То есть, ты вот так, готов поставить собственную жизнь, лишь бы дать шанс местным?

— Ну, — почесал я нос. — Это ты утрируешь, конечно. У меня и свой резон не допустить здесь мясорубки есть.

— У всех он есть, — резко одернула меня она. — Но я сильно сомневаюсь, что кто-то решился бы на то, что задумал ты!

Хм, а ведь и правда с каких это пор я стал защитником сирых, да убогих?