По размерам Заку он уступал. Но за красивые глазки банду не возглавляют, так ведь?

— Тише, — с улыбкой приподнял руку Гост. — Это вы уже после разбираться будете. Сейчас меня волнует другое, а именно предостережение каждого из вас о недопустимости беспорядков. Рэм, — легкая смешинка вокруг глаз и взгляд, словно рентген, — ты, как глава Волков, вправе стребовать с Картена извинения. Если, конечно, уверен в своих силах. В любом другом случае все остаются при своих — земли, люди, точки. Но! Мир, так или иначе, пожирает слабых, а если и мешкает, то за него это делаем мы, — как быстро из речи ушли доброжелательные нотки. — Неделя, Рэм, у тебя есть неделя. Моё слово — ни Картен, ни кто-либо из его ребятишек вас трогать не будет. После, уж извини, но либо ты доказываешь силу себя и своей, — открытая уже усмешка, — стаи, либо это место займет более достойный.

Взгляд, брошенный на Картена, заставил того приободриться.

— Неделя? Как щедро, — цыкнул я. — Что ж, благодарю за столь ценный дар. Я оценил. И запомнил. Ну, а, если, кто решит наплевать на это, хм, «разрешение», то могу ли я ответить?

Намек слишком жирный, а уж вкупе с приподнятой рукой и выпущенными когтями, стоил всех тех взглядов, что поймал на себе. Заинтересованный со стороны Госта, слегка пришибленный от Зака, и взгляд еле сдерживаемой злости от Картена.

— Ну-ну, не лопни, — не смог удержаться в покровительственном тоне я.

— А он мне нравится, — щелкнул пальцами, а после ткнул в меня указательным, Гост. — Наглость, имеющая под собой основание. Хо-хо-хо. Предоставлю тебе еще один небольшой дар, — хохотнул он. — У Седогрива сейчас проблемы. Большие проблемы. И, если успеть, можно неплохо так приподняться.

И по тому, как заскрежетал зубами Картен, мне не стало понятнее. Но, дабы держать марку, улыбнулся. Открыто, как мог, со своими-то не убранными клыками.

— Благодарочка, — кивнул мужику. — За неделю, как говорится, и крепости брали.

Вновь щелчок пальцами и снова указательным на меня. Тихий смех Госта пробирал до костей. По крайней мере Зак и вовсе забыл, как дышать. Картен же, ну он не сводил с меня взгляда сощуренных глаз. Даже, когда Гост развернулся и насвистывая какую-то мелодию, пошел прочь. Даже, когда тот и вовсе скрылся из виду, этот индивид продолжил буравить меня своими черными бусинками. А на рыхлом, где-то даже широком лице, его глаза и правда смотрелись словно бусинки.

— Неделя, — буквально прорычал он. — И я лично превращу твоё смазливое личико в кровавое месиво. Слово!

Резко развернувшись, Картен отрывисто кивнул своим людям и те последовали за ним. Ну, а я с насмешливым выражением лица провожал их взглядом в спину. Смею надеяться взглядом, что кинжалом тычет меж лопаток.