Наваждение вокруг пропало, оставив меня одного, посреди темного закоулка Нижнего города. Посторонние звуки постепенно затихали, пока вокруг снова не воцарилась неполная тишина окружения. Еле слышный гомон где-то сбоку, звон ножей, сиплые охи сверху и сердца. Их биение ворвалось в мысли волной облегчения, что ознаменовала конец этим иллюзиям.

— Как интересно, — пробормотал я, облизнув пересохшие губы.

Надо делать выводы. Хотя нет, лучше делать ноги!

Борзому хватило лишь моего кивка головой, чтобы пойти следом. Вопросов он не задавал, так что мы очень быстро покинули этот район и только метров через пятьсот мне в след понесся тихий смех, который запоминать не хотелось вовсе. Но галочку я всё-таки поставил. Насчет силы то. Хоть и понятно, что бесплатный сыр только в мышеловке и херня там сидит отнюдь не безобидная.

Дальнейший путь до более-менее приемлемого окружения растянулся часа на полтора. Блуждали мы знатно, то поднимаясь на пару уровней вверх, где и дышать становилось легче, то вновь опускаясь на Дно. Люди так же встречались разные. Пару раз нас вполне бесцеремонно попытались грабануть. Один раз даже с засадой и толпой в рыл пятнадцать. Эдакие гопчики, с самомнением в небеса и завышенным ЧСВ. Не знаю уж, как их тут взращивает Картен, но глядя на подобное, лишь морщился.

— Сейчас смотри, — обратился ко мне Борзый, — будет природный подъем, и мы фактически выйдем в свет. Там уже начинается лицевая сторона околотка Картена. Цивильнее всё будет. Ну и по сторонам глазей тщательно, чужаков здесь до смерти не любят.

Природным подъемом оказался практически скальный обрыв, высотой метров в сорок. Вышли мы к нему внезапно, на высоте третьего от Дна этажа. Множественные запутанные лестницы уходили наверх, разбавляемые проходами внутрь скалы. Зрелище, если не знать подоплеку и особо не дыша носом, красивое.

— Там, чуть глубже, — кивнул борзый на скалу, — как раз армейское производство располагается. Получается полноценный район со своей структурой, под колпаком Картена. Он обеспечивает порядок вокруг, чтобы там, — вновь кивок на скалу, — спокойно могли разрабатывать орудия войны. Вроде и жить там комфортнее, чем снаружи, но с другой стороны, твоя жизнь всегда висит на волоске. Любят, знаешь ли, вояки, жахнуть так, что случайно пару сотен жилых домов снесет. Но, что радует, так это полный запрет на посещение посторонними. То есть, своеобразный мирок внутри мирка.

— А вояки у нас это отдельный организм, аль дом какой? — заинтересовано бросил я.

— Вот! — тыкнул в меня пальцем Борзый. — Сечешь. Дом Боэрдекай — сильнейший на землях империи. Картен мзду нехилую имеет, да и какое-никакое прикрытие. Но! Он лишь крошки с пола подбирает, в отличие от настоящих игроков. Есть еще такой Дом Аклаках — они ответственны за наши западные границы, и под слово «наши» я подразумеваю не город, а империю, в общем.