Тут нелепость ситуации наконец-то дошла до лейтенанта. Он подозрительно поглядел на Терентьева, потом на Виталия:

— Погодите… Так вы что, и есть эксперты? Что-то вы мало похожи на интендантов, чтоб мне провалиться!

— Интенданты мы, интенданты, успокойся, — буркнул Терентьев, заглядывая в окровавленную кабину. — Следим, чтобы секретную аппаратуру и узлы не растащили. Опись, протокол, то-се…

На Черского мастер во время этой тирады демонстративно не смотрел — смотрел на экран планшета, работающего в режиме съемки.

Вообще во время миссии Терентьев снимал достаточно много.

— Эй, стажер, ступай сюда. Погляди-ка на это. Интересно твое мнение…

Они успели осмотреть практически все, прежде чем в небе появилось сразу четыре корабля. Официальная комиссия Генштаба и флотского командования спешила на место крушения невезучего «Гиацинта», и эта публика явно намеревалась осматривать точки по убыванию.

— Так, — сказал Черский, подтянувшись и поправив кепку на голове. — Давайте-ка вы, господа интенданты, ноги в руки и назад, на точку. Там пусть смена грузится, и в полк. Мне сейчас не до вас будет.

И погромче — бойцам, точнее, старшему из них:

— Освальд! На борт!

Виталий ожидал, что Терентьев просто помашет перед лейтенантским носом прямоугольничком пропуска с волшебной печатью, прибывающих генералов-адмиралов отпугнет жетоном, а вернее — вообще на них высокомерно не среагирует, но, вопреки ожиданиям, мастер глубоко вздохнул, смиренно обронил: «Потопали, стажер» — и без дальнейших разговоров направился к трехсотке.

Бойцы из охранения пристроились следом.

В салоне Терентьев первым делом оживил терминал и подмонтировал к нему планшет. Виталий решил, что мастер снова погрузится в работу, но нет, прежде он все-таки соизволил немного поговорить.

— Думал, буду сейчас пайцзой размахивать? — поинтересовался он вкрадчиво.

— Ну-у-у… — протянул Виталий. — В общем да, думал.

— Нет смысла, — сказал Терентьев.

Вряд ли его тон можно было назвать нарочито менторским. Даже если Виталию так и показалось, на деле мастер просто делился опытом. Добросовестно и основательно.

— Мы увидели, что хотели, — пояснил он. — А что не успели рассмотреть — увидим в записи. Когда прибывают погоны с большими звездами, работать становится невозможно. Запомни это, если сам еще не понял.

— Я догадывался, — сообщил Виталий, и это было, в сущности, правдой. — Но на всякий случай теперь еще и запомню.

— Молодца! — кивнул Терентьев. — Слушай, что-то я тебя все хвалю да хвалю, даже как-то непедагогично получается. Надо будет тебя за что-нибудь взгреть. Для общей профилактики.