Этот пассаж Терентьев если и услышал, то никак на него не прореагировал, а командующий, похоже, и не ждал, что ему ответят.

Некоторое время на связи было тихо, пока сержант с борта «Печоры» не поинтересовался:

— «Флигель», объект пять высаживаем или как?

Подразумевал он не что иное, как позаимствованный хитроумным бойцом Заварзина из столовой автомат-полотер, устройство по определению не боевое и не разведывательное, в отличие от автономов. Как, интересно, среагирует на него интеллектуальная защита базы?

Терентьев встрепенулся и вновь опустился в узкое вертящееся кресло.

— Обязательно высаживаем. Пауза десять минут — и на заход, — сказал мастер задумчиво и, как Виталию показалось, не очень уверенно.

— Понял, пауза десять, — подтвердил сержант, а через пару секунд и пилот подал голос:

— Я тридцать второй, принято, пауза десять и новый заход.

Потянулись томительные секунды в ожидании последнего сброса. «Печора» ушла далеко к горизонту, где-то там, невидимая, развернулась и легла на возвратный курс. Вскоре она снова стала различима на обзорном экране и с каждой минутой увеличивалась — по мере того, как подлетала ближе.

Все ждали короткого диалога, очередной высадки, и лишь после этого каких-либо действий базы. Как бы не так!

Откуда-то сверху, из поднебесья, к борту тридцать два протянулась хищная белесая нить. Стремительная. Молниеносная. У левого кормового обтекателя вспух багровый цветочек. «Печору» положило на левый борт. Как ее сразу же не разорвало набегающим потоком или не свалило в штопор — известно одному пилоту Ройсу.

Почти сразу после этого от корабля отделились три точки — Виталий склонен был предположить, что сержант с бойцами не стали мудрить, а немедленно воспользовались лифтом в режиме аварийного сброса, раз уж по технике безопасности имели реактивные ранцы.

— Тридцать второй, прыгайте! — заорал вице-адмирал, без сомнений остро чувствующий начальственной задницей горячую, чреватую потерями ситуацию. — Это приказ!

«Печора» заваливалась на левый борт все сильнее, одновременно косо скользя к поверхности Лореи. Очевидно было, что высота потеряна катастрофически и команда вице-адмирала прыгать совершенно верна.

К счастью, пилоты сочли так же и катапультировались практически одновременно с последним выкриком командующего. Автопилот в порыве исполнительности в заключительный раз попытался выровнять корабль, благо экипаж его покинул, и на запредельные перегрузки теперь можно было не обращать внимания.

Тут-то «Печору» наконец и разорвало. Насколько мог судить Виталий, чистой аэродинамикой, без участия какого-либо оружия и без взрыва. Взорвались обломки только при столкновении с грунтом.