В середине трибун заметил напряженно глядевшую на меня побледневшую и закусившую губу Гульку. Приветливо улыбнулся и кивнул ей, желая подбодрить. Она попыталась ответить улыбкой, но получилась только гримаса. Волнуется девочка. Когда она узнала о предстоящем бое по телефону, то в тот же вечер примчалась к нам. Тетю еще напугали на работе непобедимыми кубинцами, когда он поделилась с коллегами переживаниями за племянника. Пришлось успокаивать уже двоих, дорогих мне женщин:

— Не переживайте, все будет хорошо. Мне же придется боксировать не со Стивенсоном, а с молодым парнем моего уровня.

Конечно, они не знали и не слышали о Теофило Стивенсоне, это же не Эдита Пьеха в новом платье. Сегодня тетя твердо заявила, что смотреть бокс не пойдет

— Не могу видеть, как мужчины мутузят друг друга, даже на ринге, — призналась.

Гулька же решительно заявила, что будет присутствовать обязательно.

— Пусть уже лучше все происходит у меня на глазах, чем нафантазировать невесть что, тем более Наташка тоже собирается идти. Вдвоем легче будет, — пояснила.

Сейчас видел, как они сидели рядом, и Наташка чего-то пыталась втирать подружке, но Гулька, похоже ее не слышала и не спускала с меня расширенных глаз. Рядом сидела стайка девчонок. Вероятно, Гулькиных сокурсниц-подружек.

Оглядывая зал, неожиданно заметил в дальних рядах Серова, сотрудника КГБ, пару месяцев назад, опрашивавшего меня. Он-то чего здесь делает? — подумал и вдруг увидел, как он мне подбадривающе подмигнул. Что бы это значило? — озадачился я.

Тут нас пригласили к центру ринга. Пока рефери громко проговаривал «молитву» по правилам ведения поединка, я на противника не смотрел, а вспоминал варианты ведения боя, которые отрабатывали с Тороповым.

Наконец, по команде ткнули друг друга в перчатки и разошлись по своим углам. Вот и команда «Бокс!» Не успел выскочить на середину, как противник оказался рядом и обрушил на меня град ударов. Как мог приседал, уклонялся, отступал, заходил за ногу, подставлял плечи и перчатки и не успевал ударить сам. Несколько раз мне досталось по корпусу и по голове. Наконец, смог попасть сам по корпусу противника и сбил его напор. Все равно, пытаясь опередить или нанести концентрированный удар не успевал — бил, то в перчатки, то промахивался, то не доставал. Все же его руки оказались длиннее, а его перчатки то норовили попасть в меня или защищали его голову.

Центр ринга мной был потерян и приходилось «бегать» вдоль канатов. Тут противник меня и подловил, зажав возле канатов. Неожиданно я пропустил сильный удар в лицо и на мгновение поплыл. Пришел в себя на счете «Два», «Три»… — услышал дальше. Оттолкнулся от канатов, встал в стойку и поднял перчатки к лицу.