- А-а-а, ну тогда понятно, - произнесла Лейла, откинувшись на спинку дивана. - Многие из советников хотят, чтобы Император заключил с ней брак, мол, дочь доверенного лица, знать, и всё такое. А ещё вроде как они любовники.
Эти слова отразились в моей голове как гром среди ясного неба. Я ощутила укол зависти и беспокойства, но тут же попыталась утаить свои чувства. Они были для меня нонсенсом, и знание, что такая девушка как Лилиана могла стать частью жизни Императора, отражало реальность, которую я боялась принять.
- Зачем ему это нужно? - произнесла я с лёгким раздражением, стараясь глубже понять динамику, которая развивалась где-то на другой стороне. - У него есть власть, он может выбирать. Почему он должен следовать традициям?
Лейла посмотрела на меня, явно заинтригованная моими словам.
- Возможно, это не только о нем, но и о политических комбинациях, о влиянии. Брак с Лилианой мог бы укрепить его позицию. Все эти семейные связи имеют значение.
Осознание этой правды обрушилось на меня, словно тяжелая плита, оставляя меня совершенно беззащитной. Я была лишь сторонним наблюдателем, а теперь вдруг оказалась в эпицентре хаоса, где всё казалось невыносимо сложным и безнадежно запутанным. Параллельно этому, в сердце зреет ощущение, что столкновение с Императором - это не просто игра; это нечто большее.
- Я просто не могу понять, почему всё так запутано, - произнесла я, глядя вдаль на магические сады, которые совсем не отражали того, что происходило в моей душе. - Это мир, который я не могу контролировать и не знаю, как прорваться сквозь него.
- Иногда просто нужно позволить себе быть, - предложила Лейла с добродушной улыбкой. - Не стоит забывать, что у тебя тоже есть свои мечты и желания. Возможно, они станут путеводными звёздами.
Мы замерли на некоторое время в своих размышлениях, и я решила, что даже если ситуация сложна, мне не следует терять себя. В конце концов, я должна была оставаться верной своей мечте и своим чувствам, независимо от того, что происходило вокруг меня.
Возможно, Лейла была права, и мне не стоило так сильно реагировать на происходящее. Мысли о том, что в этом мире может найтись кто-то, кто искренне полюбит меня и не будет играть в политические игры, придавали мне самоуверенности. От этих размышлений ко мне вернулась легкая радость.
- А хочешь поиграть? - вдруг спросила Лейла, стараясь отвлечь меня от мрачных мыслей.
- Хочу, а во что? - ответила я, чувствуя, как настроение начинает подниматься.
Лейла задумалась, подставив пальчик к губам, и на лице у неё появилась озорная улыбка.