Я попытался сосредоточиться на своих обязанностях. Слушая доклады и обращения, я видел лишь тени на лицах, отражающие общую тревогу. Каждое слово, каждое действие возвращали меня к мыслям о Лиоре: что она сейчас делает, где она? Быть может, она в бедственном положении. А может, ей удалось выбраться, но она не может вернуться ко мне.
Эти мысли вновь разрывали меня изнутри, и я старательно сдерживал нарастающую волну эмоций. Каждое заседание Совета затягивалось, как никогда, и мне казалось, что мы обсуждаем пустое в то время, как моя единственная надежда может исчезнуть навсегда.
Когда двери открылись, я увидел своего правую руку, Эдмунда. Он пришёл с отчётами, как обычно. Но на этот раз я заметил что-то новое в его глазах - надежду, жаждущую информацию и мистику, словно он знал, что не всё потеряно.
- Ваше Величество, - начал он, подходя ко мне, - я понимаю, как вам тяжело. Но люди ваша поддержка, и они верят в вас. Лиору не забыли. Мы продолжим поиски.
Его слова были как холодная вода, но они скорее напоминали отсутствие веры. Я знал, что он хочет поддержать меня, но я хотел больше. Я мечтал о возвращении Лиоры.
- Мы не остановимся, пока она не вернётся, - произнес я, позволяя голосу звучать решительно. - Сделайте всё, что в ваших силах. Я не потерплю неудачи!
Эдмунд кивнул, его уверенность придаёт сил, но я знал, что это лишь временное облегчение. Я поклялся, что найду её, пусть это займет целую вечность.
Глава 42. Лиора.
Прошёл месяц с момента, когда Ванда помогла мне. Она оставила меня жить у себя, а я, в свою очередь, старалась быть полезной: убирала дом, работала в огороде и помогала продавать домашние овощи на рынке. Жизнь, казалось, шла своим чередом, и я успокоилась. Но мысли об Императоре тяготили мою душу.
Я не могла выбросить его из головы. Мне очень хотелось просто жить, ведь я получила долгожданную свободу, но в то же время я желала, чтобы он нашёл меня, чтобы прижал к себе, чтобы я снова почувствовала этот манящий запах кофе и табака. Эти мысли по большей части приносили мне боль и радость одновременно.
- О чём задумалась? - вдруг спросила Ванда, заметив, что я отвлеклась от сбора овощей.
Я встретила её взгляд, и в мыслях мелькнула тень сомнений. Нужно ли открываться? Сложно говорить о том, что так глубоко в сердце.
- Да так, о прошлой жизни, - ответила я, стараясь сделать голос как можно более нейтральным.
- Слушай, ты мне так ничего и не рассказала. Я понимаю, что это, возможно, не моё дело, но я не могу видеть, как ты грустишь вечерами. Может, всё же расскажешь?