Бестужев насмешливо фыркает и ждет, позади слышу:
— Не тупи, встань.
Поднимаюсь на ноги.
— Отлично, — широко улыбается Алан, но я уже понимаю — он на мне отыграется. — Садитесь.
Следующие пять минут у меня примирение с реальностью. Я даже малодушно задумываюсь о том, чтобы попросить помощи у отца. Наверняка же есть связи, чтобы перевестись в другой университет. И плевать, что я мечтала здесь учиться!
— Так, теперь о некоторых деталях нашего курса. За следующие пару месяцев вы должны будете сделать проект. Можно в парах, можно по одному. Главное — после его надо защитить.
И снова взгляд в мою сторону. Я едва сдерживаюсь, чтобы не высказаться вслух про эти его намеки.
— Дальше вас ждет зачет, но если вы пропускали мои лекции, то, увы, сдать его будет весьма проблематично.
— Почему? — доносится с задней парты. — Будут дополнительные вопросы?
— Потому что я крайне щепетилен в плане посещения лекций.
И теперь взгляд уже в упор на меня.
— Так что всем, кто сегодня прогулял, ставлю пропуск. Отработка по пятницам на кафедре. Если есть хоть один долг — незачет автоматом.
Народ бурчит, что-то там ворчит, а я понимаю, что никогда еще не попадала настолько.
— Теперь озвучу возможные темы проекта…
Что же делать? Пока народ буквально дерется за то, чтобы взять что-то получше, я уныло пялюсь в тетрадь и пытаюсь придумать хоть один достойный выход из сложившейся ситуации. И их просто нет! В любом случае выходит, что придется идти и просить прощения за то, что устроила. А очевидно, что Бестужев не ограничится только словами. Его предвкушение я чувствую даже сейчас, когда он полностью занят моими одногруппниками.
Ну, Ника! Ну, удружила!
Когда звенит звонок, я заторможенно оглядываюсь по сторонам. Ребята начинают собираться, я на автомате тоже, но тут слышу:
— Адамиди, останьтесь. Вы тему проекта так и не выбрали…
ДРУЗЬЯ, КНИГА ВЫЛОЖЕНА ЭКСКЛЮЗИВНО НА ПОРТАЛЕ ЛИТГОРОДВЫКЛАДКА НА ДРУГИХ РЕСУРСАХ НЕ ПЛАНИРУЕТСЯ
7. Алан
Когда вижу в аудитории ту самую лисичку, что так ловко меня опоила, внутри мгновенно рождается дикое предвкушение. И желание выпороть нахалку.
Только усилием воли сдерживаю свой весьма объяснимый порыв.
Проснуться голым наутро с чугунной башкой, когда надеялся отменно потрахаться, да еще и с ожившей мечтой — такое себе.
К счастью, клофелинщица моя ничего не стащила. Что было еще более странно.
И теперь, словно подарок свыше — она моя студентка.
Обалдеть просто.
Я всегда сторонился рыжих. После того как Ева в итоге осталась с Никасом, просто подсознательно ни разу не выбирал себе девушку с таким цветом волос. Почему? Хороший вопрос. Не то чтобы я был прямо сильно влюблен в Еву… Просто она запомнилась.