В день бала я собиралась уйти чуть раньше, чтобы уложить волосы в прическу. Все остальное ждало меня со вчерашнего вечера — платье… новые чулки и перчатки из гардероба Маритт, множество нижних юбок и панталоны с кружавчиками. И даже рисовая пудра, и помада на основе кармина. Алый цвет её приятно оживлял моё лицо, делая его ярче и свежее.
В день бала с самого утра в лазарет заявился полковник, как оказалось — по мою душу.
— Мадам баронесса, ввиду некоторой спешки и того, что мы находились в лагерях… позвольте мне сейчас передать вам пригласительное письмо, — передал он мне открытку с короткой пригласительной надписью, витиевато подписанной очевидно наместником.
Я поблагодарила, ожидая что последует дальше. И скоро стало понятно с кем я пойду на бал.
— Вашим сопровождающим будет капитан Арну Габриэль барон де Пирей, вы уже имели возможность видеть его в летнем лагере. Я сам почел бы за честь сопровождать вас, но маркиз сделал для меня… небольшой сюрприз, пригласив графиню де ла Марльер приехать раньше, чем это планировалось — на свой первый в качестве наместника бал. Если барон не устраивает вас, как сопровождающий…? — предположил он, с вопросом глядя мне в глаза.
— О чем вы, граф? Вполне устраивает, благодарю вас, — церемонилась я, тоскливо проклиная в душе будущее мероприятие и чувствуя нарастающий мандраж.
— В таком случае, прошу ожидать дома — вас посетит куафёр и прислуга, чтобы помочь одеться.
— Прислуга в доме есть. Куафёр…? За него огромное спасибо, — проснулось во мне любопытство, — тогда я удаляюсь прямо сейчас?
— Да, конечно. До встречи вечером, баронесса, — слегка склонился он в мою сторону, и я быстро убрала руки за спину. Без перчаток, сухие от постоянного бултыхания в воде… Крем был — я готовила его для себя каждый вечер крохотными порциями (портился в течении суток) и наносила на лицо и руки утром, после работы и на ночь. Жирная сметана, сок лимона, желток, розовое масло… Как консервант можно было использовать коньячный спирт, но тогда он сушил бы. Я старалась не запускать себя, беречь руки и вообще кожу…
Но сейчас дело было не только в руках, я вообще чувствовала себя непонятно — досада откуда-то, внутреннее смятение, неловкость… Господи! Я уже и думала, как они! Но эти определения и в самом деле точно отписывали моё состояние. Информация о жене графа стала неприятным сюрпризом. И не то, чтобы я строила на него какие-то планы — глупо! Но уже представляла себя вместе с ним на этом балу. А еще, как начальник, хоть и непрямой, он должен был чувствовать какую-то ответственность за меня, а значит — с ним было бы проще и надежнее… наверное.