— Она совершенно неприступна, да, Жак? — с легким благоговением рассматривала я циклопические сооружения.
— Скажем так — при строительстве были предусмотрены все варианты атаки противника.
— Честно говоря, — нервно хихикнула я, — при взгляде на крепость с той стороны, мысль о штурме вообще представляется мало реальной. А где буду жить я?
— А вы будете жить в городе, Мари, — огорошил меня доктор.
— Как это? — сразу же струхнула я, проникаясь вдруг пониманием, что ближе и роднее человека, чем он, у меня в этом мире нет. Я знала это и раньше, но так полно почувствовала только сейчас.
— Одно дело — военный лагерь, другое — город. Здесь все на виду, вам следует думать о своей репутации, — «успокоил» он меня, — для вас нашли жильё буквально на соседней улице. Сейчас мы подъедем туда с вещами… я сам посмотрю условия.
Господи… и я ведь ничем не могла отблагодарить его — абсолютно. Только на словах.
Нас продолжала ждать карета с возничим, в которой по моему настоянию и под моим присмотром перевозили послеоперационного больного, а на задке были увязаны мои вещи. Мы сели и экипаж тронулся. Мрачные стены уходили назад…
— Неплохо, — огляделся в маленькой комнатке Дешам, потом заглянул в другую — спальню. Гостиничный номер в персиковом и белом цвете, крохотный и без удобств.
— Чисто, — согласилась я.
— Кормиться будете в лазарете, когда утром придете на службу. Но следует заключить официальный контракт, у вас должна быть уважительная причина для прохода в крепость.
И я поняла, что время пришло. И ничего тут не поделаешь — нужно говорить откровенно.
— Я не буду заключать контракт, дорогой мой, милый и замечательный Дешам, — прошептала я, стараясь не сорваться в слезы: — у меня где-то в По…или Ло есть свой дом, есть крыша над головой… и небольшая сумма денег на первый случай. Дальше стану практиковать, пока станет сил… я беременна, мэтр. Вы были правы.
— Я не смог выяснить имени, — помолчав, тяжело проронил доктор.
— Это и ни к чему — у меня нет на него надежд. Не болен — это главное. Я уеду сразу после бала… поговорив перед этим с су-лейтенантом. Откровенный разговор… как вы считаете — ему можно доверить мою тайну?
— Ожаро? Безусловно… тайна умрет вместе с ним. Но при таком раскладе в успех вашего разговора я не верю, — честно ответил он, — он увлечен вами — безусловно, но безоглядно не влюблен — вы не дали ему и шанса. Ваш титул… боюсь, что ребенок неизвестно от кого не устроит его родственников. Вас и его не ждет там ничего хорошего, даже если Эжен согласится принять ваше дитя.
Капец, доктор, как вы меня утешили — думалось тоскливо… я просто сидела и смотрела на него.