Но они и это проглотили, верят в скорое светлое будущее, хотя и поморщились, понимая круг проблем, который придётся решить для этого.

— А вот вижу, — опять взялся за свое тот бородатый товарищ, — картинки на монитор у вас выходят мгновенно, не подскажите, каким образом это сделано, на графических мониторах IBM информация отображается значительно медленнее.

— Видите ли, графические станции IBM, — делаю акцент не на мониторах, а именно на станциях, — это по существу тот же самый графопостроитель, с объектами он не работает, от того и скорость «черчения» заметна. Здесь же применена графическая видеокарта, которая может работать как с объектами данных, так и как графопостроитель. Ну и контроллер более быстрый.

Не стал говорить, что на самом деле там не какой-то контроллер, а применяется полноценный процессор, только весьма специфический, дабы скорость работы увеличить.

— Хм, но ведь графические станции требуют использования дополнительной памяти, — наносит завершающий удар товарищ, — а её можно использовать для вычислений. Сколько дополнительной памяти вы используете в видеокарте?

— Тридцать два тридцати двух разрядных кило слова.

Не стал им говорить, что на самом деле там используется три планки памяти, то есть сто девяносто два килобайта, чтобы не шокировать цифрами, но озвученные данные видимо показалась им всё равно большими. Раздались шёпотки:

— Столько памяти некоторые ЭВМ не имеют… Зачем её тратить, на никому не нужную графику… Если так уж надо, можно отдельные графические станции выпускать.

Вот так и приземлили, и ведь не убедишь их, что память с каждым днём становиться всё дешевле.

— И что на это скажете, молодой человек, — заинтересовано посмотрел на меня Шокин.

— Так тут надо смотреть кто будет платить, — пожимаю плечами, — мы планировали эти машины поставлять на экспорт, поэтому памяти не жалели, потребитель оплатит все наши затраты, а вот для внутренних потребностей можно сделать дешевле, без графики и цвета.

— Э-э-м, — тут же подал голос какой-то чиновник, — это что же получается, для экспорта мы будем делать лучшее, а сами будем пользоваться чем-то дешёвеньким?

Вот ничего сказать не могу, молодец, я бы ничего лучше придумать бы не смог, один «гениальный» вопрос и все поняли глубину своего падения. Люди сразу как-то заинтересованно посмотрели на бородатого, ведь действительно получается «как всегда» — лучшее на экспорт, а самим что получится по бедности? И как теперь он будет оправдываться? Но тот сделал вид, что его что-то заинтересовало, и больше не обращал ни на кого внимания. Едва заметные ухмылки проявились на лицах членов высокого совещания, понятно.