— Да, это может сработать, — задумчиво ответил папа. — Марта — хорошая девочка. Совесть не позволит ей переступить через нас ради какого-то мальчишки. Неужели мы хотя бы после смерти вырвемся из этой нищеты? Я просто не верю своему счастью! Мы не будем говорить с ней сегодня. Она пока не в себе. Мы поговорим с ней завтра, а потом она встретится с их адвокатом. Она должна будет повторить на суде все, что он ей скажет. Слово в слово.

— Сволочи! — шептала Марта, не веря своим ушам. — Какие же они все-таки сволочи! Не успела я спастись, как они продали меня еще раз! За сраную страховку продали! Мама! Папа! Когда же вы успели сгнить заживо? Или вы всегда были гнилыми, а я ничего не замечала, потому что любила вас? Господи, за что мне это? Ты же слышишь меня сейчас, я знаю! Ведь ты всегда слышишь тех, кому плохо или страшно!

Зазеркалье. Преддверие. Красная ветвь миров. Четырнадцатый день после релокации.

Блаженная неделя ничегонеделания походила к концу. Мишка исходил из конца в конец весь городок, изучил все его отсутствующие достопримечательности и повторно узнал, что может приобрести у компании Бета на свои гроши. После долгого размышления он решил поберечь деньги и купить потом что-нибудь реально стоящее. Ничего нового ему там больше не предложили. Ну и зачем ему тратить деньги, которые достались такой немалой ценой? Он, на минуточку, жизнью за них рисковал. Мишка попробовал найти еще кого-нибудь, кто смог бы связать его с мамой, но ему попадались одни мошенники. А это значило, что снова придется идти на поклон к Робу.

Да, сегодня он сходит к нему, но пока у него оставалось еще одно незакрытое дельце. Минут через тридцать Мишка сидел в том самом кафе, где его накормил Педро. Салат из морепродуктов, отбивная с жареной картошкой и бокал свежего пива привели Мишку в самое лучшее расположение духа. Он никогда не жил такой жизнью. Жизнь на Земле была пресной, как пищевой батончик, и беспросветной, как охота вместе с бриллиантовым игроком. Никаких шансов на успех. Тут же она была какой-то яркой и сочной. Такой, что ее хотелось вдыхать полной грудью и медленно смаковать, словно десерт. Осталось дождаться Педро. По уверениям бармена, он должен был вот-вот прийти. Он очень редко пропускал обед.

— О! Привет, щегол! — удивился громила, увидев Мишку. — Пришел должок вернуть?

— Заказывай, — кивнул парень. — Я сегодня угощаю.

— Поднялся, значит, — хмыкнул Педро и махнул бармену. Тот знал его вкус наизусть.

— Скажи, Педро, — осторожно подбирая слова, сказал Мишка. — Вот если я хочу наказать плохого человека. Так, чтобы он понял, что был не прав. Как это лучше сделать?