— Мам, я дома! — Мишка зашел в квартиру и сразу же пошел на кухню. Мама была там, он слышал ее всхлипывания.

— Мам, ну ты чего опять? — обнял ее Мишка за плечи. — Ну все же нормально. Тебе благотворительный фонд «Радуга» таблетки дал. Не о чем беспокоиться.

— Да это я от радости, Мишенька, — мама утирала непрошеные слезы, катившиеся по щекам. — Я и не надеялась уже. Есть же добрые люди на свете. Помогают таким, как я и Берта. У нее остеосаркома. Ты не знал?

— Берта? — по спине Мишки потек неприятный холодок. Он уточнил на всякий случай. — Мама Гельмута? У которой муж не просыхает?

— Да, — кивнула мама, поджав губы. — Во что он превратился! Смотреть противно! И почему она до сих пор живет с ним? Он же законченный алкоголик.

— Понятно, — протянул Мишка, который только сейчас понял, почему беспробудно пьет дядя Фриц, и почему высохла тетя Берта, и почему она до сих пор не развелась с ним, а покорно тащит домой, когда он снова напьется и заснет на улице.

— Этот фонд многим помогает, — продолжила мама. — И лекарства дают, и деньги, и даже операции больным детям за свой счет делают. Благослови, Господи, этих людей!

— Да-да! — Мишка уже не слушал маму, вспоминая все невероятные случаи, которые происходили у них на районе. Да, у одной пары прооперировали ребенка, одна вдова получает надбавку к пенсии за вредную работу, на которой трудилась в молодости. А кое-кто и вовсе ни с того ни с сего уезжал отдыхать на моря, хотя уже много лет сидел на пособии. Вот оно как, оказывается…

— А я тортик купила, Мишенька! — мамины глаза сияли такой неподдельной радостью, что парень выбросил из головы все мысли, что терзали его только что.

— Правда? — обрадовался он. — Дорого же!

— Ничего! — уверила его мама. — Такое событие надо отметить. Я так рада, так рада! Пойду завтра в магистрат и скажу, что ни в какое Зазеркалье я не перееду. Пусть слюной подавятся!

— А разве им не все равно? — удивился Мишка.

— Нет, конечно, — удивленно посмотрела на него мама. — У них ведь есть показатели работы. И чем меньше тут неизлечимо больных, получающих помощь от государства, тем выше эти самые показатели. Они же трясутся за свои места, сыночек! Ведь любой, кто отработал двадцать пять лет в магистрате, получает страховку! Они после смерти в собственном доме жить будут и внешность смогут выбрать, какую захотят. Они, если могли бы, сами меня на тот свет отправили бы. Лишь бы статистику по городу не портить.

И мама засмеялась дробным сухим смешком, представляя вытянутые от разочарования физиономии дам из городской управы. Она и сама была похожа на свой смех. Невысокая, худенькая, с лицом, испещренным мелкими ранними морщинками. Ее глаза лучились наивной добротой, которая смиряла самых отпетых хулиганов в классе. Как-то получалось у нее это, никто и не мог понять, как.