– Дворец встретил меня так тепло, – заговорила девушка, демонстративно сложив руки на животе. – Я даже не ожидала такого… восторга. Все такие приветливые, заботливые.
« Да уж, особенно те, кто с удовольствием вытирал ноги о меня три года подряд» – зло подумала я, но не высказала ничего лишнего.
– Как замечательно, – ответила я, не меняя выражения лица. – Видимо, они давно ждали вашего появления.
– О, ну что вы, – пролепетала Лаурентия и кокетливо покраснела. – Я ведь всего лишь скромная женщина, которая… оказалась в необычном положении.
«Скромная? Это слово к тебе так же подходит, как кобельку – титул верного мужа» – яда в моём мысленном ответе хватало на целое озеро.
– Ваше положение действительно… особенное, – кивнула я. – Ведь не каждая может похвастаться тем, что подарит королевской семье дитя.
Как же мне хотелось вскочить и покинуть этот душный зал. На меня искоса смотрели все, абсолютно все гости. Знатные лорды и леди, прикрываясь бокалами и веерами, скрывали насмешливые улыбки. Это шоу, – уверена на все сто, – стало вишенкой на торте этого вечера.
– Ах, вы тоже это понимаете? Тогда вам несложно будет уступить место тому, кто справится с долгом, – мило произнесла Лаурентия, с милой улыбочкой на лице.
Её слова резанули, как нож, но я лишь чуть приподняла уголок губ. Гадюка решила выпустить яд, как прекрасно. Надеюсь, на моём лице не промелькнула снисходительная улыбка. А то вдруг драгоценная подстилка получит разрыв трепетного сердца, получив не ту эмоцию, на которую рассчитывала.
– Несомненно. Ведь не каждому удаётся угодить Его Высочеству, – спокойно сказала я, и, прикрыв ладонью рот, тихо добавила: – Для этого необходимо обладать выдающимися талантами… в определённой области жизни.
Мы молчали несколько секунд, изучая друг друга. Лаурентия смотрела на меня, выискивая слабое место. А я стала истинным воплощением Будды, что славился своей невозмутимостью и спокойствием. Всё, что меня интересовало на данный момент – почему никто не вмешивается в наш милый разговор? Вся королевская семейка делала вид, что ужасно занята, и не обращала на нас внимания.
– Знаете, Катрин, – вновь заговорила Лайрентия, заговорщицки понижая голос, – я всегда вами восхищалась.
– Правда? – удивлённо спросила я, изогнув брови.
– Конечно. Столько выдержки… столько терпения. Вы три года жили рядом с мужчиной, который… ну, скажем прямо, не разделял ваших чувств. И всё равно оставались рядом, верили, что сможете завоевать его сердце. Это… трогательно.
«Ах ты гадюка. Значит, решила вонзить нож и провернуть пару раз для верности? – догадалась я и подавила раздражение. – Возможно, будь на моём месте настоящая Катрин, у неё бы получилось задеть».